«Одиссей» Северных морей

Слушай, что тебе твой мужик говорит, да не ерепенься, шкура, – зашипел мужик с татуировками на руках, голос его сорвался на фальцет.

– Ты мужик? Не смеши меня. Иди массируй своего «червячка» руками. Про меня мой муженёк пусть забудет. Что касается любовника. Да я встретила настоящего мужчину и поняла, что жила с вонючим козлом. Попробуйте только протяните ко мне руки, я с удовольствием любому отрублю гадкие «грабельки». Мой бывший муж не мужик, а трус и подлый гад. Валите отсюда по-хорошему, не доводите до греха, – разъярилась Людмила.

Молодая женщина находилась на грани гнева, Степан сразу определил её состояние. Белов решил прекратить эту перепалку. Он вышел на шаг вперёд и встав перед Милой обратился к пришедшим.

– Я скажу один раз и повторять не буду. Вы разворачиваетесь и уходите. И ещё на этом острове не появляйтесь, вам здесь не рады. Вздумаете прийти ещё раз – я вас просто убью, даже не сомневайтесь, – говорил Степан ровным голосом, не повышая тона, но его взгляд был взглядом хищника.

Бывалые мужики «просекли» это сразу, жизненный опыт у них был немалый. По взгляду парня они определили, что он не пугает, просто предупреждает, и сделает то, что обещал. Наверняка у такого парня есть опыт пускать кровушку. Насмотрелись они на ссылках и в лагерях на такую категорию людей.

– А то, что будет? Убьёшь, может всех сразу? – ухмыляясь спросил Борис, это он был с татуировками, но глаза его глядели настороженно.

– Не интересно и слишком просто для такого, как ты.

Просто подрежу тебе сухожилия на руках и ногах, помучаешься и сдохнешь сам. Или думаешь, что кто-то из твоих дружков тебя будет кормить с ложечки? Я не пугаю, просто предупреждаю. Здесь нет продажных судей и адвокатов, чтобы твои дела спускали на тормозах. Помни об этом, иначе я превращу все ваши ночи в кошмар, меня этому научила Родина, – парировал Степан.

Борис понял, что парень не шутит. Химчин поверил парню почему-то с первого раза. Он видел такой взгляд, как у этого парня, когда не раз сидел в исправительных лагерях.

Так смотрели те, кто могли и умели убивать. Его внутреннее чутьё опытного зека подсказывало, что перед ним не щенок, а опытный волчара, который ни на миг не будет сомневаться в своём решении.

– Пошли, Вован, ты по ходу просрал свою ляльку, – позвал он мужа Милы и пошёл к проливу.

Владимир с минуту стоял и сверлил взглядом Милу, мысленно он уже придумывал ей наказание, осталось только дождаться подходящего момента.