«Одиссей» Северных морей

Как говориться отдай швартовы12, – весело объявил Сергей, и Степан вспомнил, что отец семейства рассказывал о службе на флоте, а потом какое-то время работал во Владивостоке моряком на каботажных13 судах.

Степан встал и пошёл к стойке, закинув рюкзак за спину. Их багаж был уже сдан, но сейчас регистрировали по новой. Выстроились в очередь, здесь Стёпа узнал, что полетят на Ил-86. Что-то с их самолётом произошло, вот и была задержка рейса. Он стоял и рассматривал пассажиров в очереди. Публика разношёрстная. Здесь были мужские компании, видимо друзья ездили оттянуться.

Были и семейные, правда с детьми немного. Женщин разного возраста хватало. Стёпа остановил свой взгляд на одной семейной паре. Мужчина лет сорока пяти, рост примерно, как у Степана, а вот брюшко уже выпирает. На руках дорогие часы и золотой браслет, большой перстень. Рубашка расстёгнута до груди, обнажая волосатую грудь. На шее золотая цепь и крест, достаточно массивные, увидит поп из любой церкви такой крест и скиснет от зависти. Сам Степан не любил таких громоздких украшений, а крестик носил серебряный, на серебряной цепочке, подарок на крестины от крёстного. У мужика было сердитое лицо, даже скорее злое. Он что-то шипел на свою женщину, видимо выговаривал ей какие-то претензии. Стёпа перевёл взгляд на женщину. Ей тридцать, может больше, а может чуть меньше, не поймёшь, у таких ухоженных женщин возраст не определяется. Фигуристая, с каштановыми волосами до плеч. Платье просвечивает на свет, хоть длина того платья почти до щиколотки. Сквозь прозрачную ткань хорошо видна вся фигура. Стройные ноги, плоский живот, грудь в полупрозрачном лифчике. Трусики-ниточки почти незаметны. Лицом женщина очень похожа на актрису Андрееву. Степан недавно видел фильм «Истребители» с её участием. Мужик видимо отчитывал свою спутницу за одежду, время от времени жёстко дёргая её за локоть. До ушей Стёпки долетела фраза «Оделась как шлюха». Неудивительно, мужики пялились на эту даму, а муж, или кто он ей, явно ревновал. Женщина ничего не отвечала, а смотрела вниз и чуть в сторону, лицо у неё было расстроенным или обиженным, с претензией на равнодушие. Сергей задержал свой взгляд на этой женщине чуть дольше, чем позволяет приличие. Отвернулся только тогда, когда почувствовал, что его естество начинает твердеть. «Хороша Маша, но не наша» подумал парень отворачиваясь. Так коротая время за разглядыванием пассажиров, Степан двигался к стойке регистрации.

Всё когда-нибудь заканчивается.