История подвигов и славы. Книга 2. Сыны Отечества в дни мира и войны

Было ему около года, когда явилась на небе большая комета с хвостом о шести лучах. В народе о ней шли зловещие слухи, ждали великих бедствий. Когда младенцу на нее показали, он вымолвил первое свое слово:

«Тот, Кто очертил

Окружность мира,

где и сокровенный,

И явный строй вещей

распределил,

Не мог запечатлеть

во всей Веленной

Свой разум так,

чтобы ее предел

Он не превысил в мере

несравненной»

    Данте Алигьери. «Божественная комедия»

– Бог!

…Судьба, казалось, не благоприятствовала Державину.

Обедневший дворянин, без связей, службу начал солдатом в Преображенском полку. Скромностью и рвением выделялся среди товарищей, ходил за провиантом, чистил каналы, разгребал снег около съезжей, усыпал песком учебный плац.

Боготворил молодую императрицу Екатерину Алексеевну. Аккурат в памятный день переворота случилось Державину, когда императрица отправлялась в Санкт-Петербург для свершения отважного дела, стоять на часах в Петергофском дворце.

Мелькнуло в роскошном царском поезде и пропало лицо императрицы.

«…Матушка государыня! Все тебе ведомо! Воззри же на верного слугу твоего, что в позоре, да мучениях безвинно дни влачит! Явись, явись как столп, светел и огнесияен!» …Бежит, бежит быстротечное время. Бедность, преследовавшая его, сделалась причиной многих зол и представлялась тридцатилетнему офицеру чуть не пороком.

В конце октября 1774 г. гвардии поручик ехал в Симбирск к находившемуся там командующему всеми войсками Казанской губернии графу Петру Ивановичу Панину.

К тому времени народное восстание было разгромлено, Пугачев схвачен казачьей верхушкой и выдан. Усмиряя восставших, Державин выказал личную храбрость.

Капитан гренадерской роты лейб-гвардии Преображенского полка

…В сентябре 1774 г. он с небольшим отрядом гусар отбил у тысячной толпы киргизцев более 800 плененных ими немцев-колонистов. «По всему свету эхо пойдет», – отзывался об этом деле его командир князь Голицын. А прибывший на Волгу генерал-поручик Александр Суворов откликнулся одобрительным ордером: «Об усердии к службе ее императорского величества вашего благородия я уже много известен; тож и о последнем от вас разбитии киргизцев, как и послании партии для преследования разбойника Емельки Пугачева от Карамана; по возможности и способности ожидаю от вашего благородия о пребывании, подвигах и успехах ваших частых уведомлений…».

Как ни приятна была аттестация самого Суворова, но не военная слава была его уделом.