Minni. Призвание – любить

Здесь, при дворе, среди этих надутых и богатых завсегдатаев салона императрицы мне не составит труда найти себе достойного жениха!»

Став фрейлиной Марии Александровны, девушка постоянно находилась рядом с ней. Выполняя те или иные мелкие поручения, она должна была угадывать ее желания, развлекать, нравиться не только ей, но и очаровывать ее окружение. Она получила счастливую возможность общаться со всеми родственниками императрицы, представителями высшей знати и самыми высокопоставленными сановниками.

В салоне императрицы собирались ее дети и их молодые знатные друзья, а также богема того времени – поэты и музыканты, скульпторы, архитекторы и художники. И молодая красивая девушка, получившая неплохое образование и обладающая достаточным кругозором, легко находила с ними общий язык. Камерные беседы и помпезные балы, настольные игры и «фанты», прогулки по аллеям дворцовых парков и конные выезды – все это теперь стало доступно и ей. И конечно, легкий флирт то с одним, то с другим высокородным повесой…

Юный Александр не любил эти посиделки.

Однако с тех пор, как здесь появилась княгиня Мещерская, стал их активным участником. Дело в том, что, увидев новую фрейлину своей мама, он был очарован с первого взгляда. Это была целомудренная, наивно-восторженная влюбленность совершенно неискушенного в романтических перипетиях двадцатилетнего юноши.

Несмотря на молодость, уже имеющая весьма большой опыт в любовных интрижках Мария сразу заметила особенное внимание к ней цесаревича и пустила в ход все свои уже хорошо отрепетированные на других мужчинах чары, умело разжигая пыл неискушенного в любви юноши.

– Ах, дорогой Александр Александрович! Здесь стало так душно, что у меня закружилась голова… – вдруг шептала она на очередных посиделках у императрицы так, чтобы никто, кроме Александра, не слышал, томно состроив ему глазки. – Не будете ли вы так любезны и не проводите ли меня в парк, на свежий воздух?

И Александр был счастлив от представившейся вдруг счастливой возможности остаться наедине с предметом его, как он думал, тайных воздыханий.

– Конечно, княгиня, я к вашим услугам!..

А там, в парке, в тиши теплого летнего вечера, она действовала уже более решительно.

– Александр… Можно я буду вас так называть? – с придыханием шептала она, будто в изнеможении прижимаясь к нему и склонив голову ему на плечо с таким расчетом, чтобы он ощутил волнующий аромат ее духов.