Minni. Призвание – любить

Она исполнила несколько этюдов Шопена, а потом, немного помедлив в нерешительности, несколько вещиц собственного сочинения.

– Ну как? Не очень плохо? – немного смущаясь, спросила она.

– Замечательно! В этой музыке, Минни… Можно я буду вас так называть? Я вижу вас – такую милую, такую трогательную и светлую! Но почему-то такую грустную.

– Называйте, конечно, мне будет приятно. Ведь так называют меня самые дорогие и близкие мне люди.

– Тогда, может быть, для вас я буду Сашей. Ведь так с детства меня называют все в нашей семье.

Александром зовет меня отец лишь тогда, когда по какой-нибудь причине вдруг осердится на меня.

– Что ж, пусть так и будет: Минни и Саша, Саша и Минни – так гораздо лучше, теплее.

– Договорились. Но, пожалуйста, сыграйте же что-нибудь еще…

Слушая ее игру, Александр думал о том, что, пожалуй, теперь самое время объясниться с Минни.

«А вдруг в самый ответственный момент кто-нибудь войдет и мы оба окажемся в дурацкой ситуации?»

Между тем Минни перестала играть, закрыла крышку рояля и подошла к окну.

– Какая противная погода! – вздохнула она. – Дождь, дождь… Словно не июнь на дворе, а глубокая осень. Холодно, сыро… Чем же мне еще вас развлечь?.. А хотите, Саша, я покажу вам свои комнаты, открою для вас свой любимый уголок этого замка, может быть, даже поделюсь своими маленькими тайнами?

– Хочу, конечно хочу! – с готовностью откликнулся он. – Окунуться в ваш мир – это так… дорого для меня!.

.

Они поднялись на второй этаж, и Минни открыла своим ключом одну из дверей.

– Вот… Добро пожаловать. Проходите, располагайтесь, – пропуская его вперед, сказала она с таинственной улыбкой.

Он вошел – и замер на пороге.

Это был особый, неповторимый, милый, трогательный и уютный мирок юной девушки. В нем было все: и детство – с ее игрушками и куклами, по-хозяйски расположившимися на диване и в креслах, и юность – в ее вышивках, высохших букетиках цветов и томиках лирических стихотворений, и взросление – в романтических акварелях, развешанных по стенам, французских романах, повествующих о любви, и гораздо более серьезных книгах, посвященных разным наукам и областям знаний…

Минни достала из секретера несколько альбомов, и они, усевшись на диван, стали рассматривать фотографические карточки.

И вдруг Минни почему-то почувствовала необычайную близость с этим немного неуклюжим, неразговорчивым юношей.