Minni. Призвание – любить

– Минни, детка, послушай старика! Плыви поскорее к нам, – тяжело ступая подагрическими ногами, подошел ближе к воде, к пенным волнам прибоя, Андерсен. – Я почитаю тебе новую сказку, которую этой ночью начал писать для тебя. Для меня важно, понравится ли тебе моя задумка и писать ли мне дальше или бросить и придумать что-нибудь другое. Может, и ты мне что-нибудь подскажешь? Ведь ты всегда помогала мне советом. Но если ты не будешь послушной девочкой, я не стану делиться с тобой своим замыслом.

Минни обернулась на зов сказочника, помахала ему рукой и тут же послушно поплыла к берегу.

Выйдя из воды, опасливо посматривая на мать, вытерлась большим полотенцем, накинув на плечи легкий халатик, встала на цыпочки, прильнула к ней хрупким тельцем и, когда та наклонилась к ней, чмокнула холодными, мокрыми губами в щеку.

– Не сердись, мама, мне совсем не холодно! А море… Оно такое… доброе. Оно меня любит… Ты только не говори ничего папе.

– Ладно уж, так и быть, на этот раз не скажу.

Но и ты тоже не будь такой упрямой, слушайся маму.

Ганс, стоя в сторонке и попыхивая трубочкой, с умильной улыбкой наблюдал эту сценку.

– Ну, рассказывай! – подбежала к нему Минни. – О ком твоя новая сказка?

– О тебе, моя дорогая Минни.

Выложенной тесаным камнем тропинкой они поднялись по крутому склону и разместились в ажурной беседке, из которой открывался удивительной красоты вид на море. Над их головами в небесной вышине парили стаи белоснежных крикливых чаек.

А за спинами – живая зеленая фантазия старого королевского парка, витиеватые дорожки, тенистые аллеи, цветники, скульптурные композиции и фонтаны. И щебет невидимых птиц в густой кроне деревьев.

Он тоже, никем не замеченный, следом за ними направился к этой беседке, но не вошел в нее, а стал наблюдать за тем, что будет дальше, прислонившись спиной к стволу вековой сосны.

Словно из-под земли бесшумно появившаяся служанка принесла на подносе и разлила по чашкам горячий чай, поставила в центре стола хрустальную вазу со сладостями и так же бесшумно ушла, скрылась за поворотом тропинки.

– Ну слушай, моя дорогая русалочка, – сделав глоток чаю и нацепив на нос очки, сказочник с таинственным видом извлек из своей сумки потрепанную тетрадочку и, положив ее перед собой на стол, взглянул поверх очков на выжидающе замершую маленькую принцессу.