Кровь на мантии. Документальный роман

Герасимов до сих пор не мог смириться с потерей товарища и потому сразу невзлюбил Ванятку, придираясь к нему, где только мог. Вот и сейчас он оборвал его резко:

– Ну что ты мелешь, балабол! Как у тебя язык-то не отсохнет от таких слов! Там люди кончаются, а ты… Они хочь и басурмане, а тоже… человеки!

Раз за разом японцы предпринимали атаки на их позиции, словно ящерицы, карабкаясь почти отвесными скальными утесами. И раз за разом солдаты капитана Ирхина отбивали эти атаки. Но капитан понимал, что дело близится к развязке, что им не выстоять, не удержать Высокую.

Людей становилось все меньше. Вражеские пули, снаряды и бомбы медленно, но верно делали свое кровавое дело. Высокие чины, отсиживающиеся в городе, видно, давно махнули на них рукой, списали в расход, поэтому помощи оттуда ждать не приходится. Однако никто не собирался сдаваться врагу, все, как один, готовы были умереть, защищая эту высоту. Но жизни свои намеревались отдать дорогой для японцев ценой.

Потери противника были огромны. Видно было, что японские генералы не щадят своих солдат, день за днем посылая их на штурм.

С истошными криками «банзай!», с полными ужаса глазами япошки карабкались и карабкались на эти оказавшиеся неприступными для них скалы. Лезли и падали замертво, сраженные пулей, бомбой или гранатой. И снова лезли, и снова падали…

И вот наступил последний день обороны Высокой.

Последний бой.

В живых из всей роты остались немногие, и те все изранены, все в крови и бинтах. Кончились запасы продовольствия, почти не осталось воды.

Из боеприпасов – всего несколько гранат да по паре десятков патронов на каждого.

Взрывом снаряда убит пулеметчик Герасимов и его смешливый напарник Ванятка Бурцев. Нашел свою смерть рядовой Колобов, так тосковавший по жене и сыну.

«Вот теперь вы и встретитесь…» – грустно подумал капитан Ирхин, когда ему доложили о гибели солдата. А на следующий день смерть настигла и его самого. Она была мгновенной. Шальной осколок снаряда попал ему прямо в сердце.

Теперь оборону высоты возглавил совсем еще молоденький лейтенант Доронин.

– Солдаты! – осипшим, простуженным голосом надрывно прокричал он собравшимся вокруг него перед боем воинам. – Братья!.. Мы честно сражались. И вот настал наш черед в этом последнем поединке доказать проклятым япошкам, что мы непобедимы, что русский солдат не сдается даже перед лицом самой смерти.

Нас мало. Мы преданы нашими генералами. У нас нет ни малейшего шанса выжить. Мы окружены со всех сторон врагом.