Весы Правосудия Божиего. Книга вторая

– Да так, надо в Румынию сгонять по делишкам, а ты снова из Австрии возвращаешься? Ты, может быть, и не знаешь, Янка, я слышал на днях, ну, в общем, знаешь, люди говорят, мол, твой младший на мотоцикле разбился.

Ее как водой облили, земля из-под ног ушла, и сознание само собой выключилось на пару секунд, а когда пришла в себя, то нашлась там же, где при получении страшной вести, только не стояла, а сидела на корточках, спиной упершись о стену, а сам оповестивший ее сосед куда-то испарился, бездарь, ну надо быть настолько отмороженным, чтобы вот так вот сообщить матери трагическую весть о ее сыне и побежать дальше, даже не задержавшись ни на секунду, не поинтересовавшись ее реакцией, да она его и не пыталась найти, он ведь не от злого намерения, таким вот он был, да и все тут, что с него возьмешь, рассеянный человек.

Дальше она ехала как во сне, ее мальчик разбился, как это надо понять…

Мобильников еще не было, их время наступало, но еще пока не было широко распространено это чудо электроники.

Она могла позвонить домой из того же погранпоста, но ошеломленная трагической новостью женщина просто двигалась в сторону дома, где, конечно, узнает детали происшедшего тет-а-тет.

В мозгу мелькал лик убитой цыганки, она ведь более недели не была дома, сосед сказал, что на днях, а в Болгарии хоронят буквально через сутки после смерти, значит, она и на похороны уже опоздала, Господи…

Затормозив у подъезда дома, она увидела, что свет в ее квартире на первом этаже не горит… впервые ее не встречают.

Физические силы попросту покинули тело, и при попытке выйти из машины она еле удержалась, не свалившись на землю, женские руки уцепились за дверь и стойку кузова буса, чтобы удержать равновесие, но ноги не слушались вообще.

Она с трудом забралась обратно в салон на свое место и в бессилии так и сидела пару минут. Потом достала из бардачка бутылку виски, что всегда возила с собой на всякий случай, и, откупорив ее, отпила пару глотков, все равно что лимонада или воды.

И кто знает, сколько бы времени она так сидела, если не муж, вернувшись из больницы, подошел к ее бусу и, открыв дверь, не помог бы ей выйти.

– Живой пока.

Это было все, что он смог вымолвить, человек, горем убитый, постарел на десяток лет за неделю.

– Точно в ту ночь, когда ты выехала в Австрию, разбились с дружком на мотоцикле. Не в городе, нет, они неслись на всех парах по деревенской дороге ночью и без света.