Сказы казачьего Яика

Озера и реки рыбой кишели. Крыши хором были крыты золотом и серебром листовым. Вода ключевая текла в каждый дом по трубам фарфоровым. Стаи гусей жирных траву щипали. А люди ходили в шелках, шапках боярских.

Управлял страной атаман выборный – Беловод.

– Добро пожаловать, добрые молодцы! Садитесь за стол к угощению да поведайте, откуда вы прибыли, – поклонился гостям атаман.

Рассказали Данилка, Аршин и Ермошка о своих скитаниях. Мол, прибыли мы, дабы путь разведать к земле благоденствия.

– Да зачем же вам дорогу знать в Беловодию? От нас никто не уходил ещё.

Кто к нам приходит, тот не желает в мир возвращаться! – сказал атаман.

И взаправду неохота стало Данилке и Аршину возвращаться на Яик. Стали они жить припеваючи. Избу срубили добротную, забогатели. А Ермошке и вовсе нельзя было думать о дороге в Московию. Там бы его сразу казнили по указу царскому.

Но однажды дочка атамана Беловода открыла Данилке тайну:

– Вам неохота покинуть Беловодию, потому как подбрасывают вам в брусничный квас траву приворотную – машок.

Не богатство вас держит здесь, не чудеса, а трава-машок! Никто не может одолеть силу нашей травы приворотной! А держат вас тут, дабы не указали дорогу вы стрельцам и опричникам, москвитянам проклятым.

– Почему ты мне тайну открыла? – спросил Данилка.

А дочка атамана призналась:

– Ты мне люб, Данилушка. Согласна я с тобой бежать, ежли замыслишь.

Данилка, Аршин и Ермошка сговорились и перестали пить квас с приворотной травой. Через неделю уже затосковали Данилка и Аршин по дому на казачьем Яике.

Сели они в своё корыто самолётное. Полетела с ними и дочка атамана Беловода.

Люди видели корыто в роздыми. А летело оно под звёздами. Всё известно с тех пор в народе про страну чудес – Беловодье.

Дуня-Домовуша

Постучался в одну хату странник:

– Мир дому сему! Накорми, хозяйка, путника!

Впустила хозяйка бродягу в хату. Поставила ему на стол щи да краюху ржаную подала. Прохожий поел, отдохнул и говорит:

– Денег нет у меня, платить за привет нечем.

Но в благодарность нарисую вам лубок, а то изба у вас грустная, молчаливая.

Вытащил он из холщовой сумы дощечку, краску, кисточку.

– А что ты намалюешь нам? – спросила хозяйка.

– Нарисую я вам домового. Во всех добрых избах есть домовой. Он обычно за печкой живёт, ухватом притворяется. Но когда хозяева спят или уходят из дому, домовой бродит по избе, хату охраняет.

Хозяйка согласилась. Не было домового у них в избе.