Шут императрицы: Дело государево

В России без этого нельзя. Это вам не Италия, где в Венеции республика имеется. Но можно ли сравнить размеры России и Венеции? Только самодержавие пригодно для управления такой страной как Россия. Но власть самодержавная одну особенность имеет. Около престола монарха может любимец появиться. Он фаворитом прозывается, или фавориткой. И через близость свою к особе царственной может на политику государственную влиять.

–Про то мне известно! Граф Бирен и есть такая особа. И в Европе это известно. При дворе версальском фавориты не единожды многие дела решали.

–Это так. Но вы знаете, что если вы друг Бирену, то у вас здесь будет немало врагов?

–Уже успел это узнать. Вчера камергер Бестужев-Рюмин хотел побить меня палкой и назвал «холуем безродным», и еще …, – Мира не смог вспомнить русские слова, высказанные камергером.

–И еще он назвал вас «псом курляндским», хоть вы вовсе и не курляндец, – договорил за него Лейба. – Я знаю про это происшествие, Петер. И знаю, что вы побить себя не дали. И камергер пока отступил.

Но это пока. Молодой Бестужев-Рюмин мстителен.

–Я схватился, было за шпагу, но Бестужев-Рюмин сказал, что клинка своего дворянского марать о колотушку шутовскую не намерен. Тогда я высказался по правде, гере Либман.

– А что вы сказали? – заинтересовался банкир. – Про это мне не доложили. Не досмотрели соглядатаи. А ведь я советовал им быть внимательными и ничего не упускать.

– Тесть Бестужева-Рюмина, отец его жены, князь Никита Волконский, также при дворе в шутах служит.

И я сказал, что «отец вашей жены шут похлеще моего и честь его дворянская давно и без моей колотушки замарана!».

– Молодец! Ловко отбрил, этого павлина надутого. Но теперь у вас есть не просто враг, а страшный враг. Берегись его. Бестужев-Рюмин хитер. И, как я уже сказал, мстителен.

– Но графа Бирена, моего покровителя, он боится.

– До времени. Вот отчего я желаю вас познакомить с коньюктурами придворными, Петер. Сам Бирен этого не сделает, ибо весьма простодушен.

Эрнест не понимает много. Он не жесток, а здесь жестоким быть следует. Вы уже поняли, кто интригует против Бирена?

– Не совсем. Но слышал о бароне фон Левенвольде.

– Барон Карл Густав фон Левенвольде прибыл с нами в Россию из Митавы. Недавно его в графы пожаловала государыня. Он также курляндец и также претендует на сердце государыни. И мечтает вытеснить оттуда нашего друга Эрнеста и вышвырнуть его из Петербурга. Но сам по себе Карл Густав нам мало опасен.