ДМБ 84. Я служил Советскому Союзу

Ясно?

– Идти в строю только в ногу, – не услышав вопросов, продолжил Игнатко, – начинаем движение всегда с левой ноги, а дальше слушаем мои команды. Сейчас пойдём в баню, там вам выдадут форму и сапоги. Моемся быстро, вы не на гражданке. С левой ноги шаго-ом марш, раз-два.

– Левой… левой, раз-два, – командовал Игнатко, шагая рядом с колонной, – после бани будем тренироваться на плацу, а то, как стадо баранов идёте. Левой… левой. Если я скомандую правое плечо вперёд, значит ровненько, не мешая друг другу, поворачиваете налево.

Соответственно если левое плечо вперёд, значит – направо.

Мылись быстро, не только из-за предупреждения Игнатко, а потому что в бане было достаточно прохладно. Пока учился в техникуме, я занимался лёгкой атлетикой, бегал на средние дистанции. Мы с парнями и с тренером, регулярно по четвергам ходили в баню. Парились в парилке, чтобы забитые ежедневными тренировками мышцы прогрелись и расслабились. Я прекрасно помню, как тепло было в помывочном отделении, а про парилку и говорить нечего, там точно долго не высидишь.

Здесь, в учебке, парилка была закрыта на навесной замок, приличных размеров, а вода из горячего крана бежала чуть тёплая. Можно было холодную воду совсем не добавлять, все так и делали. Кто помылся, голышом подходил к солдату в накинутом поверх формы белом халате. Местный фельдшер. Он спрашивал о жалобах на здоровье, быстро осматривал кожу, на предмет какой-нибудь сыпи, или прочей дряни. Заглядывал и в коротко стриженые волосы, чтобы не пропустить призывника с насекомыми. В общем, беглый такой медосмотр, на каждого не больше пяти минут. У него был список новобранцев, и он делал в нём какие-то пометки.

В раздевалке было ещё прохладнее, чем в бане. Окончательно замёрзший боец, от фельдшера ковылял в другой угол, где Игнатко и Рубцов помогали пожилому прапорщику выдавать форму. Ну, пожилым он мне показался тогда, в мои восемнадцать. Сейчас я думаю, что тому прапору было не больше сорока. Намётанным взглядом он окидывал подошедшего призывника и командовал своим помощникам:

– Сорок восьмой, третий рост.

Фура – пятьдесят восьмой.

– Размер ноги, боец, – спрашивал он у переминавшегося на кафельном полу и прикрывающего рукой своё хозяйство призывника.

Услышав ответ, прапорщик выставлял на стол пару сапог, сверху клал портянки. Сержанты тем временем подбирали хэбэшку – это летняя повседневная форма и кальсоны. Все работали слаженно и оперативно.