Звезда упала

 – Значит, Пал Егорыч всё же уходит?

– Ну да, на пенсию, с почётом, – подтвердила Вера. – Во мужик! Настоящий. Сказал, кроме Антонова никого на моём месте не будет, так и сделал!

Надя задумчиво покачала головой.

– Знаешь, даже не верится, – сказала она. – Что-то тут не то…

– Почему? – удивилась Вера.

– Да как тебе сказать… Коля, ну ты же знаешь… он красивый, честный… а теперь его ещё к тому же начальником делают… Как-то уж больно складно. На какую-то сказку похоже. Разве так бывает?

– Фома неверующая! – рассмеялась Вера.

 – Значит, бывает. Всё уже, я приказ в конторе видела. Я же тебе говорю, он завтра должен на инструктаж ехать. Ну и что ж, что сказка?!. Мы родились, чтоб сказку сделать былью, ты разве забыла?.. А потом, кого ещё назначать-то? Не Сапрыгина же. Он весь колхоз по миру пустит…

Она внимательно всмотрелась в глаза подруги.

– Ты чего, расстроилась, Надь? Муж на повышение пошёл, радоваться надо, гулять!.. Беги, давай, на стол накрывай!.. Или тебе всё равно?

Надя с грустной усмешкой пожала плечами, непохоже было, что новость так уж её радует.

Она заметила удивлённый взгляд Веры, опомнилась, небрежно пожала плечами.

– Я его теперь вообще видеть не буду!.. – сказала она. – Его и раньше-то, сама знаешь, дома не застать, а теперь и подавно. Он и сегодня небось вернётся заполночь. А завтра они с Мишкой с утра на рыбалку двинут. Может, тогда завтра и отгуляем, а?

– Завтра так завтра! – легко согласилась Вера. – И вправду, Надь, завтра лучше, без спешки, красивый стол соберём, позовём всех, посидим от души, попоём… Обожди, завтра какое число?

– По-моему, двадцать второе.

Надо же!..

Надя всё не могла успокоиться, переваривала новость.

– Теперь, может, хоть Дом культуры приведём в порядок!.. А то переименовать переименовали, а как был клуб, так и остался, вон всё сыпется, валится…

– И школу надо отремонтировать, – озаботилась Вера.

Она работала в дарьинской школе учительницей немецкого языка, считалась там редким и ценным специалистом, других иностранных языков в школе не преподавали.

В поселковом совете её тоже ценили за отзывчивость и деловитость. Пал Егорыч нередко просил помочь при составлении какой-то важной бумаги, так что Вера была в конторе своим человеком, потому зачастую и узнавала всякие новости раньше остальных.

– А то мне уже стыдно было в конце года в класс заходить, штукатурка на голову падает, – в сердцах проворчала она.