Осмотреться в отсеках

Особенно выделялся в этом плане наш штурман старший лейтенант Николай Карпов, ставший моими другом на долгие годы. Его чеканки были настоящими произведениями искусства, их можно было посылать на любые выставки.

Увлекся этим трудоемким и кропотливым делом и я, но, в отличие от штурмана, на выходе у меня получались чеканки, далекие от совершенства. Но, как говорится, чем бы подводник в свободное время не был занят, лишь бы не нарушал режим боевого дежурства.

Этим же принципом, видимо, руководствовался и старпом лодки капитан-лейтенант Анатолий Бабенко.

Он всячески старался нагрузить офицеров лодки всевозможными делами и заданиями, с целью занять наше свободное время. Вспомнил он и о моем зачетном листе на допуск к самостоятельному несению ходовой вахты вахтенным офицером. Этот зачетный лист был самой настоящей формальностью, так как я уже давно нес эту самую ходовую вахту самостоятельно и командир лодки капитан 3 ранга Пообус Юрий Оскарович всесторонне доверял мне. Все зачеты были им приняты в море в течение первого года службы.

Обнаружив меня отдыхающим в каюте плавбазы в послеобеденное время, старпом приказал закончить оформление зачетного листа. Лист этот пылился в ящике стола, в каюте второго отсека лодки, которую я делил совместно со штурманом. Я пытался было спорить со старпомом, объясняя ему тот факт, что все зачеты уже давно сданы. Но зачетный лист, видимо, нужен был для отчетности, и старпом оставался непреклонен в своем решении направить меня к командиру.

– Иди, минер, к командиру, и если ты все зачеты ему сдал, пускай он распишется в твоем зачетном листе.

Делать нечего, беру этот зачетный лист и, дождавшись окончания послеобеденного отдыха, направляюсь в каюту командира. Для лейтенанта командир лодки – недосягаемая величина. Это и наставник, и воспитатель офицеров, и отец родной – все в одном лице. Своего командира, Юрия Оскаровича Пообуса, мы уважали и любили. Этот человек с эстонскими корнями, но с чисто русской душой действительно был нам отцом родным.

Мы никогда не слышали от командира не только грубого слова, но и упрека в свой адрес. Умел Юрий Оскарович сплачивать офицерский коллектив нашей лодки, умел и защитить любого из нас в случае необходимости. И мы старались не подводить своего командира, каждый на своем месте.

Сам минер по специальности, командир особо опекал меня – командира минно-торпедной боевой части.