Момент истины

 – Ну не ори! Сейчас разъедемся… И зачем вас на войну берут?! Тьфу, дьявол! – в сердцах сплюнул он.

Из дощатой будки к шлагбауму уже спешили Алехин и массивная, злая начальница КПП.

– Пропусти их! – дожевывая на ходу, закричала она регулировщице.

… Домчать до поворота и, почти не сбрасывая скорости, развернуться вправо, куда скрылся ЗИС, было для Хижняка делом одной минуты, но впереди… впереди не было видно ни одной машины…

– Прямо! – приказал Алехин.

Полуторка пронеслась по улице несколько кварталов, и вот на одном из перекрестков, на параллельной улочке, промелькнул ЗИС с военными в кузове.

Хижняк тормознул так, что Андрея и Таманцева с силой прижало к переднему борту, и тотчас стал разворачиваться назад, но Таманцев, перегнувшись в кабину, закричал:

– Это не та машина!

Полуторка остановилась; Алехин вылез на подножку, росинки пота блестели у него на лбу.

– Р-развернемся влево, – посоветовал Андрей нерешительно, – п-проскочим назад, мимо базара и к с-станции.

– Наши армейские сапоги, – сказал Алехину Таманцев, – сорок первый и сорок второй размеры, массового пошива, широкой колодки… Ношеные, с выраженными индивидуальными признаками… С теми отпечатками, что у родника, разумеется, ничего схожего… Но установить их все равно придется, – имея в виду офицеров, заметил он.

 – С нас потребуют!.. Что же касается машины, полагаю, что ЗИС с фронтового продсклада. Знаете, возле станции огороженные штабеля?

– И мне так думается, «зисок» с продсклада, – не совсем уверенно вступился Хижняк.

– Что же ты раньше молчал?

– Ручаться не могу. И вам ведь люди нужны, а не машина, – сказал Хижняк понимающе. – А они, может, сойдут, и тогда…

– Разворачивайся! На склад!

18. На фронтовом продскладе

Как только машина подъехала к территории склада, Таманцев на ходу перевалился через борт и, пока Алехин, выйдя из машины, объяснялся у въезда с часовым, прошмыгнул в ворота.

На большой ровной площадке под брезентами, штабелями ящиков, бочек и мешков были сложены различные продукты.

Все вокруг находились в движении: шофера и кладовщики, этот беспокойный полустроевой люд, более чем кто-либо исполненный сознания своей значительности и необходимости на войне, получатели из частей и солдаты в перепачканных мукой гимнастерках, что таскали ящики и мешки на весы, грузили в автомашины. В правом углу, у изгороди из колючей проволоки, с враждебной настороженностью уставилось стволом в небо зенитное орудие.