Горячий бетон Себежского укрепрайона. Документальная повесть

Солдаты вермахта у советского пограничного знака на границе РСФСР и Латвии

Станкач перестал стрелять так же внезапно, как и начал. Всего несколько минут прошло, а картина на участке уже совсем другая. На латвийском берегу вся площадка перед мостом покрыта серым ковром из мертвых вражеских солдат. Кто-то из гитлеровцев, не успевших словить свою пулю, успел удрать в недалекий лес, но для основной их массы война уже кончилась.

Переведя взор на позицию «максима», Знотин увидел, что его пулеметчики, улыбаясь, о чем-то негромко переговариваются между собой.

Вот они, не нарушая маскировки, зарядили пулемёт новой лентой. Второй номер расчёта нагнулся в окоп и достал ведро с водой. «Вот это да… – ухмыльнулся внутренне Знотин – Не знаю я еще своих людей, не знаю… Три минуты назад эти двое впервые в своей жизни угробили десятка три человек и, ничего – улыбаются. Вот бы остальные мои оказались такими же головорезами».

А через несколько секунд, прямо на виду у Знотина произошло то, что резко изменило ход дальнейших событий.

Наши пулеметчики совершили грубую, смертельную ошибку. Сказалась их неопытность и уверенность в том, что на вражеском берегу живых уже не осталось. Второй номер расчета встал на колени на бруствер замаскированного окопа и повернув к себе ствол «максима», начал доливать в кожух воду из ведра. Хоть и стоял наш пограничник за бурно разросшимися ветками рябины, его манипуляции с пулеметом привели в движение прикрывающий позицию кустарник. Это заметил ошалевший от такой нелепости Знотин; это заметили и на вражеском берегу.

Не все фашисты полегли от нашей первой пулеметной очереди. Часть из них успела нырнуть в ближайший лес, но далеко они не отошли, а залегли и из-за деревьев стали наблюдать за нашим берегом. Густую рябину справа от моста они, естественно, сразу взяли под подозрение, но после прекращения нашего огня, активности не проявляли. Коротким броском из леса, под прикрытие пробитого пулями грузовика, выдвинулся расчет немецкого ручного пулемета.

Фашисты, незаметно для наших пограничников, изготовились к стрельбе и, затаившись ждали, наблюдая за нашим берегом.

Дальнейшие события могли бы пойти по другому сценарию, но тут из своего окопа вылез наш пулеметчик и начал доливать в кожух воду. Знотин, только что восхитившийся работой своих бойцов, сейчас пришел от увиденного в тихий ужас: – «Он что, совсем охренел?! Куда он вылез?!». Но больше капитан уже ничего не успел предпринять.