Воспоминания петербургского старожила. Том 1

Бурнашев задел Краевского в очерке «Булгарин и Песоцкий, издатели еженедельного журнала „Эконом“, в сороковых годах», сравнив его объявления об издании «Литературной газеты» с объявлениями американского циркового предпринимателя Ф. Т. Барнума (см. с. 92 этого тома). Кроме того, в очерке «Петербургская женщина-литератор сороковых годов (Фан-Дим)» он писал об эксплуатации Краевским Белинского (с. 175 этого же тома).], имеющих так много общего с характеристикой, по этому самому, горячо им защищаемой деятельности господина Байкова.

Все это в совокупности породило ту одновременную, как бы по данному сигналу проявленную ожесточенность против моих трудов, ожесточенность, которая самым непристойным образом заявила себя, конечно, не в серьезной прессе, а в «Русском мире», в фельетонах «Голоса»[203 - См. публикации в: Голос. 1872. № 66, 171, 198, 224; Русский мир. 1872. № 103, 184, 217, 218, 282, 319, 338.], в мелких листках вроде, например, «Петербургской газеты» и «Новостей» и, наконец, что уж неимоверно забавно, в тетрадях «Гражданина»[204 - См. : Современная хлестаковщина // Гражданин. 1873. № 234. 2 сент. Подп.: Давнишний обыватель Петербурга.], этого не дельного, как он сам себя в своих объявлениях-рекламах именует, периодического издания, где рубрика под названием «Дневник писателя» с января 1873 года с подписью некогда симпатичного литератора г-на Достоевского, ныне автора «Бесов», воспроизводит собою явление, заставляющее полагать, как уже это высказано почти единогласно современною прессою, что этот автор состоит под влиянием бесовства и что тут уже нет и помина о «Мертвом доме», а просто-напросто этот «дневник» – произведение «желтого дома», состоящего на 13-й версте Петергофского шоссе[205 - Имеется в виду Больница всех скорбящих, открытая на Петергофской дороге в 1828 г. ]. Только глупец, пошлый глупец разве не уразумеет, что все эти крики и ругательства против Петербургского старожила В. П. Б. берут свое начало далеко не из литературных причин, а имеют стимулом своим нечто вовсе, вовсе, вовсе не достойное какой бы то ни было журналистики и что бы то там оно ни было, не делающее чести правителям и образу действий некоторых деятелей нашего журнального современного мира. <…>[206 - Далее опущен обширный фрагмент. В нем Бурнашев грубо и многословно, но не приводя конкретные факты и убедительные свидетельства, опровергает своих критиков, полностью включая в текст свои публиковавшиеся на страницах прессы ответы им.