Танкист из Большого Микушкино

В октябре 1941 года Тихон Петрович вместе с другими красноармейцами проходил комиссию, состоявшую из офицеров и врачей: «Интересовались, хотим ли мы быть десантниками. А я очень хотел уехать домой в свою родную деревню. Многие из моих друзей были дома. Я сказал, что не хочу быть десантником». Спустя неделю после прохождения комиссии на построении прочитали фамилии солдат, кому выйти из строя, взять свои вещи и перейти к другому воинскому начальнику. В числе этих солдат оказался и Тихон Петрович, а его друг Петр[1 - Верязов Петр Николаевич (1923) прошел всю войну, воевал в составе 86-й Гвардейской стрелковой дивизии.

Закончил войну в Германии, г. Росток, в составе 37-й гвардейской стрелковой дивизии. Награжден медалью «За отвагу» от 17.10.1943, орденом Красной Звезды от 29.01.1945 г. После войны Тихон Петрович и Петр Николаевич часто встречались, рассказывали друг другу истории, при этом плакали.] остался у десантников.

Оборона Москвы, освобождение Калинина

Дальнейший путь Т. П. Глухова лежал по железной дороге через Саратов, Куйбышев, Бугуруслан – снова в родные места.

Сложно представить, как тяжело было в этот момент на сердце у Тихона, менее 50 километров разделяло его с родным селом Большое Микушкино. Он надеялся, что его отправят домой.

В начале декабря 1941 года бойцы сформированного там полка из Бугуруслана отправились в Москву, где в то время готовилось контрнаступление советских войск. На передовой были очень нужны люди.

Бомбёжка эшелона. Фотоснимок с немецкого самолёта

В день начала контрнаступления Красной Армии под Москвой, 5 декабря 1941 года, красноармейцы из полка, где служил Тихон Петрович, прибыли в столицу.

Их накормили и пешком, без вооружения направили на передовую. На станции у города Торжок Тверской области, на подступах к которому в то время шли ожесточённые бои, бойцов посадили в железнодорожный эшелон.

Соседом Тихона Петровича по вагону был его земляк, уроженец деревни Мордово-Ишуткино. Они договорились не бросать друг друга в беде.

До полуночи дежурил Тихон Петрович, после полуночи – его земляк. О событиях той памятной ночи Т. П. Глухов вспоминал так:

«Я разделся, так как было тепло, снял шубу, шапку, валенки и уснул. Ближе к утру я услышал взрывы и приподнялся. Наш вагон поднимался от взрывов на дыбы, я осмотрелся вокруг: в вагоне никого нет. Я крикнул, никто не ответил. Растерялся, всё свое обмундирование оставил и выбежал из вагона. А на улице светло от разрывов снарядов.