Дважды Герои Советского Союза

Эскадрилья, в которой он служил, вылетела на штурмовку вражеских позиций на Днестре. На высоте тысяча метров подошли к цели, развернулись всей девяткой и с пикирования стали бить по позициям противника из пулеметов.

– Когда сгоряча расстреляли весь боекомплект, – вспоминал Алексей Васильевич, – ведущий собрал девятку и подал сигнал возвращаться домой. Во время штурмовки чувствовал себя хорошо, даже в раж вошел, а когда домой пришли, заметил, как коленки дрожат от волнения. Ну и шуму было, когда приземлились: поздравляли друг друга с боевым крещением, чуть не обнимались.

Потом такие полеты, конечно, стали привычными, и я уже не воспринимал их как нечто необычное.

В небе над Одессой уже на третий день войны Алелюхин на истребителе И-16 в составе звена сбил над аэродромом вражеский бомбардировщик Не-111. К августу 1941 года Алелюхин совершил 83 боевых вылета. «В воздушных боях с самолетами противника, – отмечал в наградном листе командир 69-го истребительного авиационного полка майор А.Н. Марьинский, – т.

Алелюхин показал образцы мужества и геройства, поражая противника метким сильным огнем, отлично владея машиной, огромной силой воли к победе. За образцовое выполнение боевых заданий и проявив[7 - Так в документе.] при этом мужество и геройство, достоин правительственной награды ордена “Красного Знамени”». Этим орденом Алексей Васильевич был награжден 5 ноября 1941 г.

Осенью 1941 г. летный состав 69-го истребительного авиационного полка пересел на новые истребители ЛаГГ-3. На этой машине Алелюхин отважно сражался в небе Сталинграда, под Мелитополем, на реке Молочная.

Каждый боевой вылет был сопряжен с огромным риском. Не всегда все проходило гладко, как по заранее отработанному сценарию. В одном из боев вражеский снаряд пробил кабину истребителя Алелюхина, и несколько осколков впилось ему в ногу. Истекая кровью, он дотянул свой самолет до аэродрома. А когда подлечился, снова начал летать на боевые задания.

– А вы испытываете чувство страха при встрече с превосходящими силами врага? – спросил Алелюхина корреспондент одной из газет.

– Так же, наверное, как и все, испытываю, – ответил Алексей Васильевич. – Но еще больше я боюсь того, что вдруг не собью врага и он уйдет, чтобы снова прийти сюда убивать наших людей. И это чувство настолько сильное и требовательное, что заглушает все другие, и я, подчиняясь ему, иду в бой, чтобы не враг меня, а я его сбил.

Сослуживцы Алелюхина вспоминали, что он был человеком удивительного хладнокровия.