Три великих русских полководца

Иногда перед адъютантом, который должен был непосредственно организовывать учения, ставил задачу так:

Завтра суббота? Так точно, суббота. Пушки не боялись бы лошадей! Адъютант ничего не понял, но знал что отвечать. Слушаюсь!

Адъютант в недоумении, но спрашивать ничего было нельзя. Надо было сообразить самому, какие учения проводить.

Стал размышлять. Когда была команда: патроны не мочить, это означало, что пехота будет переходить реку вброд. А здесь-то что? Адъютант позвал двух дежурных офицеров.

Все вместе вспомнили, что было учение по действиям кавалерии против пехоты.

Были учения пехоты против артиллерии. А вот пушки с кавалерией ещё не боролись. Решили, что Суворов имел в виду действия артиллеристов против кавалерии.

Когда пушки запалили, офицеры по молчаливой реакции Суворова поняли, что правильно угадали его замысел.

***

Однажды в Тульчине, где находилась армия Суворова, к нему прибыл проситься на службу некто отрок Алексей Мещерских, у отца которого в бытность служил Суворов.

Отрок был одет как фазан. Зелёный атласный кафтан, коричневый шёлковый камзол, жёлтые чулки, башмаки с золочёными пряжками и высокими красными каблуками. Но лицо русское и, вроде бы, неглупое.

Увидев Суворова, франт взмахнул красной шляпой, низко склонился – с головы посыпалась пудра.

Суворов обнял сына своего бывшего достойного командира и спросил: Где бы ты хотел служить? При штабе, при Вас. Хорошо, сразу и начнём с пехоты. Иди, переоденься. А что, разве я плохо одет? Я готов! А-а… готов?! Тогда идём.

Только, чур – не отставать.

Штабные офицеры хихикали, глядя им вслед: Суворов пошёл фазанчика крестить.

День был жаркий. Суворов в сапогах шёл посредине улицы, по толстому слою пыли. Отрок едва за ним успевал, ничего не понимая. Он чихал, сморкался, но терпел. Пот с него лил ручьём, грязь смешалась с пудрой, надломился каблук.

Прошли все улицы, потом – по полям, напрямик – через канавы, перелезали через плетни. У отрока порвался камзол, отлетели пуговицы. А Суворов всё прибавлял шагу и жужжал:

Последуй Аристиду в правоте, Фабрициану – в умеренности.

Знаешь, кто такой Фабрициан? Не знаю, – буркнул отрок. Незнайка, немогузнайка, плохо! Солдат должен знать всё!

Отрок не растерялся: Вы тоже не всё знаете. А ну-ка, скажи, чего я не знаю? Как звали мою прабабушку? Суворов хлопнул его по плечу: Молодец, нашёлся! Бабушку знаю – Авдотья. А прабабушку – помилуй Бог! И пошёл опять вышагивать.

На пути – большой сухой ров.