Детство и школа. 1932—1949. Стихи разных лет

Соседей было четверо: глава семьи Иван Константинович, бухгалтер, добряк, его жена, дочь – школьница Наташа, и бабушка, которую все звали «бабуней». Они занимали три комнаты, мы – две. Комнаты раньше были смежными, теперь же нас разделяла тоненькая перегородка с запертой дверью и общая печь-голландка. Окна комнат выходили в переулок.

Со двора в дом попадали через так называемое «парадное». Две ступени отделяли тамбур от площадки перед квартирами и лестницей на второй этаж.

Место под лестничным маршем пустовало. Однажды я спросил отца: «Пап, а где твой мотоцикл?».

«Ну, мотоцикла уже нет, а вот где я его держал, я тебе покажу. Он достал старую фотографию. На ней красовался довольно большой мотоцикл «Цундапп», прислоненный к стене под той самой лестницей на второй этаж.

К себе в квартиру мы попадали через прихожую, двери из которой вели на кухню с русской печкой, в туалет и в комнаты соседей. Между дверями на небольших вешалках висела наша и соседская верхняя одежда.

Возле входа стоял большой сундук, покрытый половичком. Белобородовы привезли его из своего деревенского дома.

Из удобств в квартире был только туалет. Умывались все холодной водой над раковиной на кухне. Готовили на керосинках. Наши две ютились на деревянных ящиках возле входной двери в комнаты семьи Фалеевых. Здесь хлопотала моя бабушка, бывшая выпускница института благородных девиц.

Около нее обычно крутился и я.

В этом месте хочется сделать небольшое отступление. По удивительному капризу истории жизнь людей двух разных, с интервалом в сто лет, поколений – бабушкиных и моих сверстников – оказалось поделенной на две разных части.

Выросшая в достатке, в семье с прислугой, путешествовавшая по Европе, модно одевавшаяся дама, а ныне бабушка Людмила Константиновна, пережив личную драму, революцию, отъезд на Украину и жившая до нынешнего времени у сестры в Ленинграде, оказалась востребованной своим сыном и его молодой женой в качестве няньки и кухарки! Я вот думаю сейчас: каково же было ей вынести подобную перемену!? Непростой быт, натянутые отношения с невесткой (скорее всего, брак сына бабушка считала мезальянсом), гонения на религию, а бабушка была очень верующей, – все это делало ее жизнь, мягко говоря, весьма непростой.