Качим-кермек. Возвращение

Особый, в чем-то – сакральный смысл и ассоциативность, композиционная организация пространства, изящество ритмов и форм, насыщенный солнечный колорит и графическое изящество рисунка, медитативный настрой в сочетании с суровым аскетизмом – все это характерно для работ Владимира Глухова.

От лица всего коллектива Государственного музея Востока я выражаю искреннюю благодарность всем участникам и организаторам проекта. На наш взгляд, он получился очень интересным, востребованным и нужным. Во многом это произошло благодаря команде профессионалов, собравших эту выставку, трудившихся над выпуском альбома.

Особенно хотелось бы отметить роль Юлии Вербицкой, прекрасного коллекционера и бескорыстного мецената, для которой творческие и научные интересы служат важным стимулом в приобщении к культуре Востока, его древней и мудрой философии, ритмической красоте и высокой эстетике.

Нам кажется очень важным, что Государственный музей Востока продолжает остваться одной из лучших площадок для культурного и интеллектуального обмена.

Где встречаются Запад и Восток, где помимо сохранения, изучения и популяризации традиционного искусства пристальное внимание уделяется современным мастерам. Нашему музею важно не упустить и собрать этот пласт изобразительного искусства Востока, комплектовать и показывать пока еще мало изученных художников, тех, кто будет представлять культуру восточного региона в будущем.

От всей души желаю данному проекту успеха и процветания, а художнику Владимиру Глухову – много новых и интересных работ.

А. В. Седов

Генеральный директор Государственного музея Востока

Кто вы, mr. Глухов?

Я часто думаю о том, что художник, скульптор представляет собой уменьшенную модель Творца-Демиурга.

Повинуясь некому загадочному внутреннему импульсу, рождается желание творить, заполняет собой подобно жидкости или некой странной субстанции чашу художничьей души и переливается, изливается из нее в мир. Вот такая странная, метафизическая картина творчества стоит перед моим внутренним взглядом и воображением.

Самое захватывающее – то, как художник сам видит, слышит, чувствует и осязает цвета, с которыми он работает… Обсуждая с Владимиром Ивановичем Глуховым в процессе его творчества одну из работ, я вдруг услышала странную фразу: «Не нравится она (картина – прим, автора) мне, ее надо переделать, она дребезжит!» Посмотрела – и правда, «дребезжит» ведь! Все на ней дребезжит.