Делай, что до́лжно. Царственные страстотерпцы: в чём их христианский подвиг

Госпожа Олленгрэн, начальница Василеостровской женской гимназии, вспоминала, как Государь приглашал её вечерами в свой рабочий кабинет. После очередного тяжёлого дня, страшно уставший, он просматривал списки наиболее нуждающихся детей и определял, кому чем помочь. Однажды госпожа Олленгрэн решилась сказать, что сумма, которую он решил пожертвовать, слишком велика: так на всех не напасёшься. Император твёрдо отвечал: «Царь должен на всех напастись»[12 - Сургучев И. Д. Детство императора Николая II. – СПб.: Царское дело, 2013.

 – 224 с.]. А потом тихо попросил, в который раз, никому ни слова не говорить о его помощи.

Когда началась Русско-японская война, в залах Зимнего дворца был открыт склад белья для раненых, где Императрица работала, собственноручно подшивая и ремонтируя износившиеся вещи. В Царском селе она основала школу нянь, приют для женщин, Инвалидный дом для искалеченных в Маньчжурии солдат. При доме имелись мастерские, где ветераны обучались разному ремеслу, там всегда кипела работа.

Для тех, кто имел семьи, Государыня распорядилась построить домики и выделить огороды. Никакие бедствия не могли сломить её духа.

Где черпала силы святая Александра? Вырубова вспоминала, что Царица любила помолиться в разных храмах, объезжая их один за другим. «Припоминаю наши поездки зимой в церковь ко всенощной. Ездили мы в её одиночных санях… Бывали счастливые дни, когда нас не узнавали, и Государыня молилась – отходя душой от земной суеты, стоя на коленях на каменном полу, никем не замеченная в углу тёмного храма.

Возвращаясь в свои царские покои, она приходила к обеду румяная от морозного воздуха, со слегка заплаканными глазами, спокойная, оставив свои заботы и печали в руках Вседержителя Бога».

Многим известно, что в Первую мировую Царица с дочерьми много трудились в госпиталях, но есть малоизвестные свидетельства об этом их подвиге, которые дорогого стоят. Вот, быть может, самое замечательное, оставленное дочерью врача-мученика Евгения Боткина Татьяной.

Раз на царскосельском Братском кладбище хоронили офицера, скончавшегося в одном из местных лазаретов. Другой офицер, возможно, знакомый умершего, оказался там на панихиде. В маленькой церкви столпилось слишком много народу, так что он вышел на улицу. Уже становилось темно. Вдруг у ограды кладбища остановился автомобиль, из него вышла дама, вся в чёрном, и, войдя в ворота, остановилась у первой же могилы, осеняя себя крестным знамением.