Дело рук Сталина. Том 2

в концлагерях и тюрьмах находились около 12 миллионов человек. Из них по крайней мере один миллион был расстрелян, а два миллиона умерли, не выдержав лишений. Эту трагедию было сочтено целесообразным здесь выразить картиной, в основе которой – известная картина русского живописца Верещагина “Апофеоз войны”. Считаем (См. фото 18 в начале 1-го тома), что она отражает суть этой трагедии, которая во многих источниках названа “сталинскими репрессиями”.

И не терпится уже сейчас задать вопрос: как человечество, и направляющие его сверхестественные силы, если они есть, могли допустить всё, что было тогда и, в разной форме и в разных сферах, пусть не в таком масштабе, как это было при Гитлере и Сталине, кое-где на планете продолжается сейчас?! Как же люди так и не научились тому, чтобы не продолжать войны, и докатились до 11 сентября 2001 года в США?! И как погибают молодые, невинные, – цвет нации, а многие из виновников дожили до конца своих дней и остались безнаказанными, и более того, как многие люди эти преступления и как бы не видят, и как-то оправдывают?!

Ну, и конечно же, приходится оговориться, что Западу действительно трудно, узнавая всё это, не остерегаться, не осуждать, не сторониться, как сторонятся людей, которые чем-то хороши, но в чём-то провинились.

Я не мог об этом не сказать при случае. Вот он и подвернулся. Хотя понимаю, что для многих подобные мои высказывания прозвучат и наивными, и очевидными.

Приведены они здесь для тех, кто захочет получше понять сущность сталинизма и роль Сталина в истории России ХХ века.

Найти самим и прочесть приведённое здесь большинству читателей было бы затруднительно. И так как детали забываются, – знаю по собственному опыту, – даже тем, кто когда-то кое-что из этого уже читал, уверен, будет полезно и интересно, знакомясь с этой моей картиной того прошлого, прочесть эти выдержки, без которых картина могла бы быть неполной.

И перед тем, как продолжить, хочу ещё раз сказать, что те, кто жил в то время, если им попадались какие либо анекдоты, осуждения в адрес Сталина, искренне не понимали их авторов и резко их осуждали.

Понятно, что цитируемое стихотворение Мандельштама автоматически в глазах тогдашнего населения зачисляло его в число «заклятых врагов» народа, несомненно подлежащих расстрелу. [Это стихотворение, разумеется, не несёт информации о самих репрессиях, но показывает, что и тогда были люди, понимавшие преступную роль Сталина.