Дело рук Сталина. Том 2

"]

"Значительная часть всего населения Советского Союза уже была занесена в списки Особого отдела НКВД и его местных отделений… В списках по группам перечислены: все бывшие руководящие работники государства, армии и судебной системы, все бывшие члены коммунистических партий, все активные члены студенческих корпораций, члены национальной гвардии, все, кто боролся против Советов в 1918–1920 годах, беженцы, представители иностранных фирм, служащие и бывшие служащие иностранных миссий, фирм и компаний, люди, имевшие контакт с заграницей, включая филателистов и эсперантистов, всё духовенство, бывшее дворянство, помещики, купцы, банкиры, коммерсанты, владельцы гостиниц, ресторанов, магазинов, бывшие работники Красного Креста.

Подсчитано, что в списках числилось 23 процента всего населения… [Т. е. были на заметке, в первую очередь подлежали уничтожению те, кто что-нибудь значил, приносил наибольшую пользу стране, наиболее нужные, талантливые. – Авт. ] И каждый был окружён, естественно, расширяющимся кругом коллег и знакомых, на которых автоматически распространялось подозрение в общении с «чуждыми элементами»…

Таким образом, к середине 1937 года практически всё население Советского Союза стало потенциальным объектом террора… Почти каждый мог ждать, что за ним придут.

»

[Сейчас, оглядываясь, перечитывая это, думаю, как такое могло быть?! Какое же сложное было положение! И как много может навредить хотя бы один негодяй при благоприятном для этого положении!!! И как хорошо, что это время ушло в прошлое! Вот и важно его проанализировать и назвать всё своими именами, и внимательнее прочесть уже написанное ранее!]

«На предприятиях проходили специальные собрания, на которых члены коллектива выступали с взаимными разоблачениями.

В это движение был вовлечён весь рабочий класс.»

«Весь этот период прошёл под знаком периодически возникавших, тщательно организованных массовых процессов.»

«Массовые аресты и высылки проводились с невозмутимым спокойствием и деловитостью.

»

«Сотни женщин стояли в очереди у каждой тюрьмы… Некоторым женщинам удавалось точно установить место нахождения мужа только на второй или третий год.»

[Так же трагнчно было и с семьёй автора повестей первого тома.]

«Все согласны, что при царе жизнь в тюрьмах была несравненно лучше, чем в советские времена… Иногда скученность достигала такого предела, что половине заключённых приходилось стоять, в то время как другая половина спала.