Дело рук Сталина. Том 1

Представленные записки охватывают многие события особенного длительного периода времени, а рассказ о военном времени вообще был вынесен автором в отдельную книгу.

Книга эта – о России, о Санкт-Петербурге. В ней – исповедь сына коммуниста, но не ставшего членом партии, участника всех событий того периода, прожившего затем всю трудовую жизнь в России, уехавшего затем в Америку, что позволило ему более объективно оценить Россию, написать о её прошлом, о Петербурге, ибо «большое видится на расстояньи». Она написана для тех, кто хочет глубже узнать, понять Россию, – как и чем жили в ней в самый необычный и напряжённый период её истории, в первую половину XX века.

Автор не ставил своей основной целью подробное изложение всех событий. О них уже было, и будет ещё, много написано. Для этого есть книги по истории, учебники. Многое осталось и угадывается «за кадром».

Главным же было – на документальной основе передать особенности эпохи, тех мест, тех неповторимых событий, и с той объективностью и достоверностью, – которые по ряду важных причин не были возможны для всех тех, кто писал об этом ранее, – т. к. многое не знали, а то, что знали, не всё имели право, не решались, рассказывать, или не так понимали, – и с очевидными преимуществами участника главных событий, которому посчастливилось оказаться долгожителем, и после всего этого рассказать и обосновать всю горькую правду.

В отличие от того, как иные писатели для образного показа какого-нибудь исторического события вводят вымышленного героя и выдумывют занимательный сюжет, автор воспользовался редкостной возможностью представить документальную историю, по занимательности болшей, чем любая выдуманная, ибо если подобное было бы выдумано, никто бы ему не поверил. Недаром многие подвергают сомнению правдивые рассказы о блокаде Ленинграда! Будучи в то время юношей, её герой смог увидеть и потом осмыслить всё, тогда происходившее, через призму послевоенного времени, больше и лучше, чем подчас это могли сделать другие, более в то время взрослые, но более занятые, озабоченные, ограниченные своими заботами, и менее видевшие вокруг, чем подросток с его свежим умом и юношеской жаждой всё постичь, наблюдавший и остро воспринимавший как обстановку того времени, так и жизнь конкретных взрослых людей, его окружавших.