Дело рук Сталина. Том 1

Когда рукопись повестей была закончена, я дополнил её множеством выдержек их разных источников о сталинизме, которые затем и представил ввиде записок другого автора.

Об этом объединении я будто бы и договорился с автором записок. Дальше я взял на себя работу по дооформлению единого трёхтомного произведения. Для этого я, в частности, написал и поместил в начале первого тома очерк о «Ходынке». Затем появились все остальные атрибуты книги.

Обстоятельное предисловие гарантирует полноту понимания непростого материала книги.

В отличие от других книг, здесь нет и не может быть опасения раскрыть содержание с самого начала. Наоборот, это сделано сознательно, ввиду именно важности правильного понимания сути. Куда опаснее, если кто-нибудь из читателей остался бы в заблуждении даже после прочтения всего написанного.

Я не рассчитываю, что все читатели внимательно прочтут это предисловие и уловят некоторые тонкости, всех частей книги.

Однако, я не мог этого не сделать, поскольку в такой непростой книге всё должно быть безупречным.

Итак, о самом содержании книги, о значении её частей.

В прологе рассказано о «Ходынке», – трагическом случае, перед началом XX века потрясшем страну, о котором не все знают. По версии автора, если бы коронование императора Николая II прошло гладко, очевидно, иной была бы вся история страны: не было бы ни его свержения, ни революции, ни всего, что за ней последовало, ни, потом, – блокады, ни «ленинградского дела», а значит, – и этой книги… Вспоминается в связи с этим характерное высказывание, что песчинка, попавшая в глаз полководцу, изменила весь ход сражения.

А «Ходынка», как вы увидите, почище той песчинки. Ведь именно после «Ходынки» царя Николая народ окрестил «кровавым», что и упростило его последующее свержение, и даже расстрел.

Этот рассказ о «Ходынке» сочтён уместным тем, что на её фоне особенно характерно выглядит эпоха большевизма, и особенно – сталинизм, и – лично царь Николай Второй, и Сталин, первый из которых, как упоминалось, после всего был прозван народом «кровавым», на что и опиралась революция, а Сталин многими оценён «великим», хотя кровавость эпохи сталинизма, как известно и показано далее, не идёт ни в какое сравнение с «кровавостью» в начале царствования Николая Второго.