Дело рук Сталина. Том 3

После революции они тоже, считали себя, а во многом и были, более счастливыми, чем если бы революции не было вовсе.

4. После всего, основной вывод из записок

Итак, по многим здесь высказываниям сделан следующий вывод.

Непреднамеренное, неумышленное убийство, убийство по неосторожности, это – уже преступление. Умышленное, преднамеренное убийство даже одного человека – тяжёлое преступление. А уничтожение под надуманными предлогами, по ложным мотивам, да ещё и не одного, а нескольких, а массы, людей, да ещё в условиях, когда для этого не только нет жизненной необходимости, – для спасения или улучшения жизни других людей, – и нет какой-нибудь чрезвычайной ситуации, например, войны, есть тягчайшее, невиданное по своей жестокости и бесчеловечности преступление, разумеется, не оправдываемое ничем, никакими другими делами, и уж тем более, если вся деятельность этого убийцы не дала, и не могла дать, тех положительных результатов, достижение которых было провозглашено, а цель так и не достигнута.

А эти убийства и прикрывались-то ложными, надуманными, обвинениями жертв в их противодействии достижению этой цели. К тому же было видно, что он не совершил такого подвига, чтобы пришлось подвергать риску собственную жизнь ради спасения других, а однозначно действовал ради улучшения жизни и спасения лично себя, устраняя своих конкурентов и вообще всех, чем-либо неугодных, и тех, чьё уничтожение способствовало заметанию следов.

Всё это было обстоятельно показано и доказано на фактическом материале ещё при жизни Сталина, хотя бы одной только книгой Троцкого или письмом Раскольникова, а позже – докладом Хрущёва, в которых самым обстоятельным образом, на конкретных фактах и с неопровержимыми доказательствами, людьми, бывшими с ним рядом и занимавшими высокие посты, показано, что и как было.

Всё последующее, в течение ещё более полувека, добавило и раскрытия фактов, и разного рода сведений и обоснований. И тем не менее, по необъяснимым, неоправданным, причинам те, кто по роду своей профессиональной деятельности не только могли, а и сейчас могут и обязаны, принять должные правовые меры, так до сих пор этого и не сделали.

А следы возвеличивания преступника до сих пор не убраны. Об этом говорилось и говорится многократно и на разном уровне. Но в ответ – опять гробовое молчание. Так замалчивались обращения во всём мире при жизни Сталина, так продолжалось потом и продолжается до сих пор.