Дело рук Сталина. Том 3

]

Если Маркс и Энгельс, а за ними Ленин, теоретически обосновали, как благородную, цель – коммунизм, если потом всё было сделано, отдано, пожертвовано, чтобы эту цель достичь, вначале в одной, отдельно взятой стране, а потом и во всём мире, если те, кто это творил, были убеждены, что делают благородное дело, и сами при этом отдали многое, а многие – и свои жизни; если даже было бы этих жертв неизмеримо меньше, пусть – отдельные жертвы, но при этом не были спасены, защищены, другие – в большем количестве, как это было в войну, а цель так и не была достигнута, то результат всего долгого советского периода, после Ленина, надо оценивать как отрицательный, усилия и жертвы – никак и ничем не оправданными.

И винить в этом надо не народ, сам оказавшийся пострадавшим, жертвой, а тех, кто это придумал, неправильно спрогнозировал, проводил в жизнь кровавыми методами, и до сих пор остался не осуждённым, ушёл от наказания. И сама война могла не быть, если бы не это вопиющее заблуждение, на противопоставлении которому, на борьбе с которым, и вырос германский, гитлеровский фашизм.

Осуждают халатность, убийства по неосторожности, непринятие мер по предотвращению и т. п… А прямое преступление, преднамеренное, умышленное, хитроумно прикрытое ложными доводами, – при том, что не было никаких сомнений у того, кто это задумал и выполнил, и теперь всё это вскрылось, – так до сих пор и осталось до конца не осуждённым.

[И то, что произошло на Украине 2014-15 гг.

, с тысячами новых жертв и около миллиона беженцев, тоже, очевидно, не было бы, если бы во-время осудили сталинизм в самой России.]

Добавим общий вывод о теоретических предпосылках, лёгших в основу революционных событий в России в ХХ веке.

Историки, изучившие корни и суть репрессий, пришли к выводу, что учение Маркса-Энгельса, написанный ими «Коммунистический манифест», путь к социализму, основаны на насилии, ибо никто от собственности добровольно не откажется, провозглашённая ими «диктатура пролетариата» и есть – диктатура, т.

 е. – тоже насилие.

Это значит, что насилие, преступное по уголовному праву, лежит здесь в основе, и не важно по-существу, кто у власти лично. Любой из них, если уж возглавил, преступен. Но их действия можно объяснить благородным стремлением, заблуждением. [И как уже сказано, надеялись, что обойдётся без большого кровопролития.