Спасители града Петрова

Держать пришлось минуты три, за которые он успел задеть правой рукой обо что-то острое и порезаться.

– Вашей силе стоит позавидовать, – услышал он за спиной певучий голос.

– И не такое приходилось поднимать, – устало отреагировал он на похвалу, придерживая платком порезанное место, и тут же, спохватившись, по-армейски выпрямился и кивком головы отвесил поклон. – Честь имею представиться: капитан артиллерии граф Ярцев Павел Петрович!

Они стояли друг против друга. Хозяйка кареты была очень хороша собой: золотистые локоны, загадочный, с едва заметным прищуром, взгляд голубых глаз…

– Графиня Мазовецкая.

– Финляндский корпус, 6-я пехотная дивизия, 6-я артиллерийская бригада, – отрекомендовался он, указав, разумеется, старое место службы.

– Финляндский… Финляндия… это, наверное, далеко от Петербурга?

– Если речь идёт о приятном знакомстве с дамой, то расстояние не имеет никакого значения, – улыбнулся Ярцев.

Тёмно-лиловое платье с длинными рукавами, небольшая шляпка того же цвета с белым бантом – одного взгляда Ярцеву было достаточно, чтобы понять: наряд незнакомки предназначен для путешествий и поездок в экипаже и совсем не походил на требования женской моды в античном стиле для приёмов, балов и прогулок. А дорогая кашмирская, бирюзового цвета шаль с цветной каймой говорила о том, что её хозяйка принадлежит к высшему сословию.

– О, граф, да вы ранены! – спохватилась она.

Действительно, из-под правой перчатки Ярцева сочилась кровь. Очевидно, поднимая карету, он серьёзно порезал руку.

– Снимите перчатку, граф, – скомандовала Мазовецкая, и в руке её появился небольшой кружевной платок с четырьмя алыми розами по углам. – Вот, возьмите…

Порез был неглубокий, но, очевидно, задел кровеносный сосуд, и кровь сочилась весьма обильно. Ярцев поблагодарил, взял платок и попытался наложить что-то вроде жгута; но сделать это одной рукой не получалось.

– Я помогу вам, – прозвучал мягкий голос Мазовецкой.

Она, насколько позволял платок, обвязала ему кисть руки и затянула узлом. Только после этого он с большим трудом надел перчатку.

– Благодарю графиня, – улыбнулся Ярцев. – Жаль, что я не порезал другую руку.

– Вот как? – испугалась она. – Отчего такие мрачные мысли?

– Если бы я порезал свою левую ладонь, вы, не сомневаюсь, тоже взялись бы перевязывать её мне.