Nomen mysticum («Имя тайное»)

Юная княжна несколько лет провела в варшавском кляштаре сакраменток, и, казалось, совсем растерялась от танцев, скоромной еды и томной итальянской музыки.

Напротив новобрачных сидела подруга невесты, Барбара Сапега, племянница великого гетмана литовского Казимира Яна Павла. По праву считающаяся одной из первых красавиц Литвы, она имела привычку смотреть на окружающих чуть свысока. Вздёрнутый нос на веснушчатом лице и пухлые губы говорили о добродушном характере, однако внешнее очарование портил кинжальный взгляд светло-серых холодных глаз.

Барбара ела и пила немного, больше слушая то, что говорили другие, и лишь изредка вставляя короткие реплики.

Рядом с Барбарой сидели сын здравствующего короля Речи Посполитой Якуб Собесский, флегматичный молодой человек с тонким, по-женски красивым лицом, обрамлённым длинными чёрными кудрями, и его супруга, нейбургская принцесса Гедвига Эльжбета Виттельсбах, немного полная, как большинство баварок.

Слева от Якуба сидела ещё одна супружеская пара – принц Нейбургский, пфальцграф Бранденбургский Карл III Фридрих Виттельсбах, высокий, подтянутый красавец, и княжна Людвига Каролина Радзивилл, владелица княжеств Слуцкого и Копыльского, графств Себежского и Невельского, стройная, с тонкими изящными чертами лица, большими выразительными глазами, само воплощение хрупкой женственности.

Супруги, прибывшие накануне из Гайдельберга, избегали смотреть на окружающих, чему имелись веские причины.

Десять лет назад Людвига Каролина, самая богатая невеста Речи Посполитой, отказала в руке Якубу Собесскому.

Раздражённый поведением княжны, король Ян Собесский решился на беспрецедентный поступок: на вальном сейме в Гродно он попытался конфисковать имения княжны в пользу государственной казны. Великий гетман литовский Сапега не замедлил с ответным ударом – по просьбе княжны он расположил в её владениях собственные хоругви. Речь Посполита в очередной раз оказалась у пропасти кровопролитной междоусобицы. Перед лицом неминуемого конфликта с магнатами Великого Княжества Литовского король был вынужден отступить, ограничившись лишь филиппиками в адрес княжны.

Непросто складывались отношения Людвики Каролины и с несвижскими Радзивиллами: покойный Михаил Казимир, планируя наложить руку на гигантские владения своего кузена Богуслава Радзивилла, составил поддельное завещание, согласно которому в случае замужества племянницы за представителем иного семейства всё её состояние должно было перейти к князю Несвижскому.