Амана звали Эйхман. Психология небанального убийцы

Так что в окончательном решении еврейского вопроса германские нацисты были не единственными виновниками. Стала видна безнаказанность – до Нюрнберга было далеко – за политику очищения Европы от евреев, включая их истребление. Да и строго говоря, впоследствии, если иметь в виду вину нацистов за окончательное решение еврейского вопроса, то Нюрнбергский трибунал должен был быть судом не только над главными нацистами, но и над их пособниками, которые вслух не назывались, поскольку сами были судьями («А судьи кто?»). Как известно, продолжить дело Гитлера – Эйхмана в послевоенное время вознамерился Сталин.

«Дело врачей» (главным образом еврейского происхождения), убийство членов еврейского антифашистского комитета и другие антисемитские акции – по сути и по исполнению мало чем отличались от гонений на евреев в нацистской Германии. И, как венец всей антиеврейской кампании, подготовка к депортации евреев в «места не столь отдалённые». Слава Богу, случилось пуримское чудо – умер тиран, а с его смертью исчезла угроза истребления евреев СССР, но не ушла эпоха унижения и притеснения…

~

Стиль общения Эйхмана с еврейскими функционерами не отличался деликатностью.

Так, например, бывший государственный контролёр, отставной судья, доктор Миха Линденштраус [Dr. Micha Lindenstrauss] вспоминал в своём выступлении перед 1200 австрийскими судьями более 60 лет тому назад, о том, как за полгода до начала Второй мировой войны Эйхман вызвал к себе делегацию лидеров немецких и австрийских евреев, в том числе и его отца Аарона [Aaron Walter Lindenstrauss]. Речь шла о репатриации евреев в Палестину, которой нацисты не препятствовали, а поощряли её. Однако тон, который избрал Эйхман, был оскорбительным и унизительным. Он кричал на отца Михи Линденштрауса: «Ты заплатишь своей головой, и вы все заплатите головами, если не уберёте отсюда евреев!» Точнее, он сказал не «евреев», а «ваше еврейское тряпьё».[150 - https://www.netzulim.org/R/OrgR/Articles/Stories/Lindenshtraus.html.] Похоже, что подобное не раз случалось с Эйхманом, когда он имел дело с абсолютно зависимыми от него людьми, который распоряжался их жизнью и смертью. Бывало, что он распускал руки. Один случай рукоприкладства он упоминает в воспоминаниях, правда, придавая этому инциденту позитивную окраску – он с высоты своего положения снизошёл до извинения перед евреем, доктором Йозефом Лёвенгерцем [Dr. Josef L?wenherz], который был активным деятелем еврейской религиозной общины.[151 - Eichmann A.