Формула любви

Что за наваждение? Оказывается, никакого полета среди звезд не было. А мы с моим хранителем все так же стояли на крыльце госпиталя. Занятная вещь – кома – абсолютно бесполезна, но наполнена феерической фантазией.

Вот только что мне делать с Себастьеном, – ума не приложу.

.

* * *

«Когда ты исчезла, я начал писать этот дневник. Это осталось навсегда – ты исчезаешь, а я что-то пишу, пишу, пишу. Изливаю себя на белый лист бумаги, чтобы потом, перечитав накаляканные строчки, подумать, а ведь я был прав.

Опять прав. Я оставляю это для себя – всю свою правоту, а для тебя оставляю только свои мысли.

Но если посмотреть со стороны, то я даже неплохо пишу – не настолько хорошо, чтобы написать книгу, но все же неплохо.

Спасибо музе – она всегда приходит и уходит именно тогда, когда это нужно. Хотя, когда это происходит, я не чувствую, что мне это действительно надо. Для меня это скорее трагедия. Я готов разбиться головой об стену, лишь бы ты осталась, осталась и оставалась бы со мной всегда, потому что я люблю тебя.

А мне кажется, что для тебя это только слова. Я боюсь, что ты можешь от меня отказаться. И уже сделала это, но я не верю. Не допускаю возможности верить. Хотя некоторые отказываются от любви, только потому, что она лично им не нужна. И ты всегда была такой.

И вновь мне кажется, что я гонюсь за тобой, как за призрачной мечтой. Я вижу тебя в каждой следующей. Я пытаюсь найти в них то, что было в тебе. И порой я ощущаю тебя в каких-то деталях, в каких-то мимолетных движениях, фразах, сочетаниях слов, построении фраз.

Я ищу. И все равно прихожу к выводу, что снова ошибся. И все опять возвращается к тебе.

Как я мог, спустя такой долгий срок все еще думать о тебе? Думать, что тебе не все равно кто я, что я, и где я, и почему я и только я разрываю себе сердце лишь одним единственным именем, которое есть на этом свете – Диана?

Почему я плачу в ночи, и просыпаюсь в холодном поту? И в течение всех этих лет я знаю насколько это неприятно – проснуться на мокрых от пота простынях.

После еще долго не можешь заснуть все о чем-то думая, размышляя, мечтая. А когда за окном уже алеет восход, нет никаких сил закрыть глаза – утро подступает плотной стеной.

Но все же, спасибо музе, что не забывает меня. Я принимаю ее в любом обличие, даже самом дурацком. И узнаю тебя, моя любовь, моя Диана».

Диана заложила страницы дневника. Духота ночного Манхэттена заполнила ночной гостиничный номер. Только сейчас она поняла это.