Божьи воины

 – Или я его нигде не видел? А если да, то где? В Кракове? В Дрездене? В Опаве?»

Из-за окна долетали голоса учеников, хором читающих строфы «Thebais»[104 - «Фиваида».] Стация. Декламацию то и дело прерывал визг – это присматривающий за классом помощник учителя поправлял кому-то латынь и поощрял учить прилежнее.

Посетитель был высок, худощав до предела, но в нем чувствовалась сила. Седоватые волосы он прикрывал по моде клира войлочной шапкой. Вендель Домараск мог бы поспорить на что угодно, что под ней скрывалась тонзура или ее следы.

Пришелец мог бы также – об этом магистр тоже готов был поспорить – по-монашески опустить глаза, покорно склонить голову, сложить руки и бормотать молитвы. Мог бы. Если б хотел. Сейчас он определенно не хотел. Смотрел магистру прямо в глаза.

Глаза у пришельца были очень странные. Своей неподвижной пронзительностью они беспокоили, пробуждали тысячи мурашек за воротником и на спине. Но самым странным был их цвет – у них был цвет стали, цвет старого, потемневшего клинка.

Реальность усиливали огоньки на радужках – тютелька в тютельку крапинки ржавчины.

– Ecce sub occiduas versae iam Noctis habenas astrorumque obitus, ubi primum maxima Tethys imu… impulit… Ай! О Иисусе!

Вендель Домараск, magister scholarum коллегиатской школы Святого Креста в Ополе, а одновременно главный резидент таборитской разведки, шеф и координатор шпионской сети в Силезии, тихо вздохнул. Он знал, кем был пришелец, его предупредили, что тот вскоре прибудет. Он знал, по чьему приказу гость явился и кого представляет.

Знал, каковы полномочия гостя, знал, что тот имеет право приказывать, знал также, что грозит за невыполнение его приказов. Большего Домараск не знал. Ничего больше. Не знал он и как зовут пришельца.

– Ну да, сударь, – решился он наконец применить форму столь же вежливую, сколь и безопасно нейтральную, – нелегко нам здесь, в Силезии, в последнее время. Ох нелегко. Я, поймите, говорю это не для того, чтобы отвертеться от заданий или оправдать бездеятельность, нет, уж что нет, то нет: я прилагаю старания, брат Прокоп может быть уверен…

Он осекся.

Стальной взгляд гостя, оказывается, кроме прочих, имел еще поразительную способность перекрывать поток излияний.

– В феврале прошлого года, – Вендель Домараск перешел к кратким и более конкретным фразам, – возник, как вы наверняка знаете, Отшелинский Союз. Силезские князья, старосты и рады[105 - Городские советы.] Вроцлава, Свидницы, Явора и Клодска.