Гугеноты

Она готова была целыми днями скакать на лошади в костюме амазонки по лугам и лесам Ниверне, совершенно не уставая при этом и, надо сказать, к полному удовольствию своего супруга.

– Что же заставило вас покинуть эту обитель неги и покоя?

– Да только то, что Анриетта соскучилась по своему мужу, который покинул нас месяца два тому назад, вызванный Гизом нарочным из Парижа. Гизу вздумалось отправиться в поход куда-то на восток, и он прихватил с собою герцога Неверского.

– Ах, моя милая, война – удел мужчин.

Они и пяти дней не выдержат дома, чтобы куда-нибудь не ускакать и не принять участие в каком-либо сражении.

– Более того, дорогая Диана, они и часу не пробудут рядом, чтобы не повернуть разговор в сторону внутренних религиозных распрей или внешних врагов государства.

– Вы правы, дорогая, но нам, женщинам, все же надлежит их понять, ведь они наши защитники и рьяные борцы за веру. Если бы не они, кто знает, какие беспорядки могли бы произойти в отдаленных провинциях, как, например, в той, куда уехал Гиз.

– А куда он уехал?

– В Эльзас, там его земли и где-то недалеко – замок Жуанвиль. Местные крестьяне вдруг вздумали бунтовать против непомерных налогов, и Гиз вместе с Невером отправились их усмирять.

– Не знаете ли, когда они вернутся? – поинтересовалась графиня.

– По всей видимости, скоро. Правда, прежде им еще придется задержаться в Нанси, – добавила Диана.

– А это далеко? – спросила Алоиза.

– Довольно далеко, свекор упоминал о двадцати днях пути.

К полудню первого марта Гиз должен быть в Васси, оттуда дней десять – пятнадцать до Парижа.

– Васси? Что это?

– Небольшой городок в Шампани, который Франциск II подарил Марии Стюарт.

– Париж, наверное, встретит его с подобающим триумфом, как ярого поборника истинной католической веры. Через какие же ворота герцог въедет в Париж?

– Надо думать, через Сент-Антуанские, ведь оттуда ведет дорога в Лотарингию.

– Не премину поделиться этой новостью с Анриеттой, уже заждавшейся своего ненаглядного супруга.

Они поболтали еще несколько минут, после чего расстались, мило попрощавшись. Алоиза в сопровождении пажа направилась в сторону покоев королевских детей, Диана с Лесдигьером вышла во двор Лувра, где ее ждал портшез с носильщиками и пажом, державшим под уздцы лошадь Лесдигьера.

В дверях особняка Монморанси Диану встретила Бертранда, которая вручила ей письмо.

– Кто приходил? – спросила герцогиня.