Династия. Факты, мифы, версии и предположения

К тому же в 1654 году территория Украины, находившаяся до этого под протекторатом Польши, присоединилась к России. А поскольку Киев придерживался греческих канонов, унификация церковного обряда способствовала бы сближению народов Украины и России. Но у главного реформатора, патриарха Никона, планы были несколько иного толка. Он считал, что божьи заповеди выше светских законов и представлял себе Россию теократическим государством, где он – патриарх, стоял бы выше царя. В этом плане их взгляды, мягко говоря, совсем не совпадали, как, впрочем, и мнение знати, которая была тоже против безграничной власти церкви.

На этой почве между царем и патриархом и произошли первые серьезные разногласия, впоследствии переросшие в открытый конфликт и противодействия. В результате Никона ссылают в Белозерский монастырь, но все его затеи и инициативы, все изменения в религиозные каноны продолжают жить, его идеологические конкуренты и противники тоже либо на плахе, либо в ссылке, как и главный его оппонент Аввакум. Царь свои проблемы решил, Россия оставалась светским государством и, приняв греческие каноны, становилась уже приверженцем истинного православия в глазах просвещенной Европы, а старообрядцы объявлены еретиками и преданы анафеме. Начались гонения на старообрядцев, почему-то называемых раскольниками, хотя, на мой взгляд, этот термин больше подходит для инициаторов церковной реформы, ведь именно они спровоцировали раскол общества, нарушив правила и процедуры, установленные их предками. По моему мнению, все изменения и поправки религиозного толка были поверхностны, второстепенны и даже смешны, ну какая, скажите, разница, как креститься, двумя перстами или тремя, ниже пояса кланяться или в пояс и как ходить крестный ход – налево либо на право. У современного человека это вызывает недоумение и внутренний протест, главное-то в нашем понимании – это истинная вера в Бога и в христианские учения, это духовная составляющая, а не процедурная, и вопросы ее реализации. И уж никак не патриарху решать, что правильно, а что нет, и уж тем более внедрять их с таким рвением и беспощадностью в умы и сердца русских православных людей. Но оставим это на рассмотрение церковнослужителей и религиозных экспертов, с моей точки зрения, – вера в Бога – это дело очень личное.

Многие историки современности считают «фигуру» царя Алексея Михайловича как бы недооцененной, предлагая всем сосредоточиться только на достижениях и позитивных результатах периода правления Алексея Михайловича.