Дети войны. Том 2

Вопрос: Они шевелились?

Ответ: Нет, ни стонов, ничего уже не было. Вопрос: А разговор Вы слышали?

Ответ: Разговор между немцами и полицейскими. О чем-то они говорили между собой. Но землю уже забрасывали в яму.

Вопрос: Убитые были одетые или раздетые?

Ответ: По-моему, одетые. Мне кажется, что, если бы заставляли раздеваться, какой-то шум был бы.

Вопрос: А дети среди убитых были?

Ответ: Не видел я детей. И, видимо, там не в один раз эта экзекуция проходила.

Вот когда рассказывают за Мусю Пинкензона, вот это было или первый, или последний раз.

Мы, когда там были, ничего этого не слышали.

Может быть, и Муся был там, но, пока мы добежали, все кончено было.

Вопрос: А после этого дня Вы еще выстрелы слышали?

Ответ: Мы после этого уже туда не ходили.

После войны уже, в пятидесятые годы.

И однозначно не смогли определить, где было то место. Тогда там ничего не было, а потом стали появляться строения.

Это был период, когда заселяли крепостную площадь. Вопрос: А перезахоронение какое-то было?

Ответ: Наверное, было.

Я знаю, что была какая-то комиссия, которая раскапывала, пересчитывала, документировала.

Вопрос: Вам это говорили?

Ответ: Это так рассказывали. И потом было официальное сообщение, что проводили вот эту процедуру опознания.

Вопрос: Когда оно было?

Ответ: После войны.

Вопрос: И что в нем было?

Ответ: Просто они подтвердили, что столько – то человек, столько-то останков найдено.

Вопрос: Упоминалась национальность?

Ответ: Советские граждане.

Не выделялось, что это евреи.

Вопрос: А Вы знали, что это евреи?

Ответ: Конечно! Потому что все ребята говорили, и те соседи – женщины, что вот евреев гонят. И тех, которых я раньше видел евреев, они исчезли.

Вопрос: Это местные или эвакуированные?

Ответ: В основном, беженцы с Молдавии. Были, я знаю, беженцы и с Ленинграда.

Вопрос: После ухода немцев в Усть-Лабинске евреи еще оставались?

Ответ: Вот этого я не знаю. Я знаю, что, когда наш завод восстанавливали после войны, то вернулся с эвакуации Брук Израель Львович, он замдиректора был.

Вопрос: А те, кто не эвакуировался, остались в живых?

Ответ: Я этого не знаю. Просто я был свидетелем не самого расстрела, а результата.

И впечатление на всю жизнь осталась. А потом говорили, что там, в том рву, расстреляли евреев.

Вопрос: Кто говорил?

Ответ: Жители.

Вопрос: Вы лично от них слышали?

Ответ: Да. На рынок придешь – и там услышишь. Но мы туда уже больше не ходили.