Они боролись с коммунизмом. Т. 26

Вот некоторые фрагменты из нее:

«Еврейский народ сам захотел рассеяться. Потому он дал себя изгнать и остается рассеянным доныне. Он разрушил свое государство как созревший птенец ломает скорлупу. Он сознательно учился не дорожить народной независимостью, жить без нее, не быть прикрепленным ни к одному месту, ни к одному языку, ибо это рабство плотскому началу…

Так хотела народная воля. Эта народная воля облекла народ невидимою в мире замкнутостью, исключительностью, упорством. Этой исключительностью народная воля притягивала извне и скрепляла вокруг еврейства те особенные, с виду враждебные силы мира внешнего, которые воздействуя на еврейство, помогали ему преображаться в указанном смысле.

Еврейская воля только того и хотела, чтобы гнали евреев.

Оттого была полная гармония между волей еврейского народа и его внешней судьбой. Мир думает, что он казнит еврейство, а на самом деле служит ему.

Двадцать веков и более еврейство училось плотскому рассеянию и научилось. Теперь для него начался период духовного рассеяния, т.

е. освобождения духа.

Теперь мы будем обучаться последней свободе. Будет бездомность духовная, как уже давно наступила для евреев мирская бездомность. Дух должен быть абсолютно свободен, потому что он есть движение. А свобода и движение – одно».

Как видим, он также считает, что враждебные еврейству силы помогают ему преображаться в нужном направлении.

Не трудно проследить, что рассеяние у него ассоциируется со свободой, а свобода духа – с отказом от религии.

Кстати, многие исследователи считают, что монотеизм есть первый шаг на пути к отказу от идеи Бога. О такой черте евреев как свободолюбие я уже говорил выше. Теперь это понятие заиграло новыми красками.

А вот еще одна точка зрения. Г Ибсен в 1871г. писал „Государство -проклятие для индивида. Чем куплена государственная мощь Пруссии? Поглощением индивида, превращением его в политическое и географическое понятие. Кельнер – наилучший солдат.

Взять, с другой стороны, иудейский народ – аристократию человечества. Благодаря чему он сохранил свою индивидуальность, свою поэзию, вопреки всякому насилию? Благодаря тому, что ему не приходилось возиться с государственностью“.

1.9. Малому многое дается

Все изложенное вызывает естественный вопрос, как столь малочисленный народ может играть такую значительную роль, определяющую судьбы всего мира? Как ни странно, но ничего удивительного в этом нет.