Тайны операции «ЗЕМЛАНД»

Если бы была прорвана теперь „русская плотина“, немецкие воды смыли бы только что освобожденные русскою кровью народы Балканского полуострова…Да пошлет Бог свое благословение на нашего Государя и на нашу Родину в ее великом и правом деле!».

Но все эти вышеназванные «патриотически настроенные» российские философы увы не понимали главного, что в 1914 году Российская империя втягивалась в грандиозную по масштабам и последствиям борьбу, акты которой должны были протекать в крайне сложных условиях современности, и здесь призывов к народу делать дело, «возложенное на него Провидением», было недостаточно.

Патриотическая кампания 1914 года, стилизовавшая «войну масс и машин» под Отечественную войну 1812 года, как будто не замечала того факта, что Русская Армия даже в результате реформ, вызванных тяжелым поражением в вооруженном конфликте с Японией, так и не сумела уйти от устаревшего принципа ведения войны «постоянной армией» и решить насущные вопросы организации современного «вооруженного народа» и соответствующего тылового обеспечения.

Россия вступила в войну с фрагментированным обществом, представленным враждующими сословиями и партиями, в ее армии продолжало процветать деление на «белую кость» и «пушечное мясо»,», а патриотизм малообразованной солдатской массы не выходил за пределы обрядовой формулы «За Веру, Царя и Отечество!». Через три года кровавых усилий победить, после того, как революция опрокинула установленный государственный порядок, после того, как началось общее государственное разложение, не желавшие драться солдаты говорили на митингах 1917 года:

«Мы вятские, тульские, пермские, до нас немец не дойдет…».

К тому времени их «политический обряд» был полностью разрушен.

Советская пропаганда в годы Великой Отечественной войны активно использовала весь дореволюционный историко-политический словарь, но при этом удивительным образом не вышла за рамки стиля «народной и священной» войны, заданного патриотическим подъемом 1914 года!

Кроме того, она была не в силах преодолеть живой опыт, сохранившийся в поколении участников «империалистической войны».

Многие солдаты «явочным порядком» надевали георгиевские кресты («Егориев»), вызывая уважение однополчан, а на официальном уровне «вдруг» оказались востребованы славные боевые традиции русского воинства – от Александра Невского до Ушакова, Суворова и Кутузова.

В обществе даже возникло движение за приравнивание б.