На всё воля Божья!

Не для меня, ибо я уже не в мире, для Себя сбереги.

– Может, они и не за тобой, – робко предположил Фёдор, теребя ворот. Ему было душно, давила тоска, и хотелось скинуть тяжелый, расшитый крестами стихарь.

– Если не за мной, то за кем? За тобой? – отец посмотрел на старшего сына. – Или за ними? – кивком головы показал на младших детей, ластящихся к нему, как котята. – Обнимите меня и не плачьте, ночью поплачете, – отец Алексий сгреб всех разом, притянул к себе и стал лихорадочно чмокать детские макушки, втягивая ноздрями такие родные и дорогие ему запахи.

Целовал и наставлял: «Только не ссорьтесь, живите в мире и любви, как Господь наш Иисус Христос завещал. Как мы с матерью вас учили, так и поступайте: по совести и по доброте. Да пребудет с вами Божья сила и благодать». Батюшка сдерживал слезы, боясь показать их детям, но они всё поняли – захлюпали носами, захныкали и зарыдали в голос, как по покойнику…

Глава 4

Фельдфебель Литке с молчаливого согласия Фридриха, который в бинокль разглядывал деревню, дал команду соорудить из подручных средств настил.

Пачкаться в грязи никто не хотел, и немцы с радостью принялись вырубать молодые деревья, росшие вдоль насыпи. Егеря стучали топориками бойко и шумно, чувствуя себя здесь хозяевами. И то, что здесь был русский тыл, их только забавляло.

Диверсионная группа, состоящая из четырнадцати молодых, рослых егерей, перешла линию фронта три недели назад. Их задача – ликвидация техники и малых групп противника, дестабилизация обстановки, создание паники и уничтожение комсостава.

Сейчас их осталось тринадцать: офицер, фельдфебель и одиннадцать солдат. Четырнадцатый – радист Шульц – был похоронен в безымянном русском овраге.

Группа возвращалась с очередной диверсии – не за линию фронта, как положено, а наоборот, вглубь, в тыл советской 22-й армии, туда, где у них была лёжка – несколько шалашей, спрятанных в лесной чаще вдали от дорог и партизанских троп. За пятнадцать дней группа Фридриха пустила под откос два эшелона с танками, которых катастрофически не хватало Красной армии; подорвала один железнодорожный и два автомобильных моста; сожгла колонну колхозных тракторов, вывозивших зерно; уничтожила восемь грузовиков с новобранцами, убив около сотни безоружных бойцов; закидала гранатами и расстреляла две «эмки» с начсоставом и мотоциклистами сопровождения.

Добытой информации: карт, отчетов и донесений – хватило Шульцу на несколько радиосеансов с Центром.