Адриатика (Собрание сочинений)

На Корфу их подлечили, откормили и отправили на родину попутным судном. Перед расставанием англичане плакали:

– Мы до конца своих дней будем рассказывать о вашем благородстве и сострадании! Мы никогда не забудем русского гостеприимства в русском городе Корфу!

– Это лишне! – говорили им наши. – Все мы странники морские под Господом ходим, а потому и помогать в несчастиях друг другу должны!

После провозглашения себя французским императором, Наполеон занял Анкону, Отранто и Бриндизи и, настроив крепостей по всему восточному побережью Адриатики, начал угрожать Ионической республики.

Моцениго пригласил к себе командора Сорокина и полковника Назимова. – Положение тревожное! – сказал им. – Надо укрепляться, где только возможно!

С общего согласия Назимов занялся приведением в порядок крепостей и береговых батарей, Сорокин принялся строить канонерские лодки. Вскоре последние были готовы. Каждая канонерка на шестнадцать гребцов, а впереди пушка. Неказистые с виду, они получились весьма мореходными.

И если борта были не слишком высоки, то все же, по мнению историка: "гребцы были защищены если не от пуль, то от нескромных взглядов неприятеля". Команды канонерок составлялись интернационально: россияне и греки, православные албанцы и огреченные итальянцы. Все они дружно присягали Андреевскому флагу и клялись храбро умереть под его сенью, если потребуется.

Корфу с каждым днем все больше и больше становилось настоящим русским островом, словно случайно закинутым в этакую даль от всей остальной материковой России.

Сегодня историки почему-то забыли, что в то время ВСЕ население Корфу и остальных Ионических островов приняло русское подданство, а потому пользовалось всеми правами российских жителей. Мы же с вами будем об этом помнить!

К 1804 году Россия, связи с военными приготовлениями Наполеона, вновь начала наращивать свои морские силы на Средиземноморье. К концу года туда прибыл с Балтики отряд капитан-командора Грейга: линейные корабли "Ретвизан" с "Еленой", фрегаты "Автроил" с "Венусом".

Начальник отряда Алексей Самуилович Грейг был личностью весьма примечательной. Сын героя Чесмы и Гогланда, он поставил абсолютный рекорд в карьере. Находясь еще в утробе матери, был произведен императрицей Екатери н ой за заслуги отца в мичманы. В десять лет Грейг был уже лейтенантом и флигель-адъютантом в штабе собственного отца, в двадцать три – капитаном 1 ранга.