Битва за Степь. От неудач к победам

Именно Дост Мохаммад не пустит русских в Балх!

– Но бывший посол в Персии Джон Киннейр, генерал Джордж де Ласи Эванс говорят, что русские никогда не одолеют непроходимые пустыни! – скептически поджал губы Пальмерстон.

– В отличие от Киннейра и Ласи Эванса, я знаю, о чем говорю, так как прошел от Кабула до Балха, а затем до Бухары своими ногами!

Вздохнув, Пальмерстон больше вопросов не задавал. Зато снова оживился премьер-министр:

– Как же нам добиться верности от Дост Мохаммада?

На это Бёрнс вытащил из папки несколько листов исписанной бумаги, протянул их лорду Грею:

– Очень просто.

– Что вы конкретно планируете там предпринять? – подал слово и генеральный казначей лорд Рассел.

– Помимо поддержания дружеских связей с Дост Мохаммадом и наблюдения за передвижениями русских к югу от Амударьи, я постараюсь обеспечить господство наших товаров на рынках Афганистана и Туркестана. Если Ост-Индская компания сможет использовать преимущества маршрута по Инду, судоходность которого я уже доказал, то английские товары, будучи дешевле и лучше русских, вытеснят последние.

В целом члены правительства остались довольны докладом Бёрнса, но его предложение о создании торговой миссии в Кабуле было отвергнуто. Министры опасались, что она, может быстро превратиться в политическое агентство, что вызовет ответную реакцию русских.

Однако вновь назначенный вместо Бентинка генерал-губернатор Индии лорд Окленд (Джордж Иден) полагал иначе и добился от вновь вернувшегося в кресло премьер-министра после определенной политической чехарды лорда Веллингтона разрешение на учреждение кабульской миссии.

Что касается спутника Бёрнса доктора Джерарда, то он не смог насладиться столь шумным успехом. Его здоровье было подорвано болезнью, которая обрушилась на него и спутников во время последнего перехода до Бухары, и через два года он скончался.

26 ноября 1836 года Бёрнс снова отправился из Калькутты в Кабул.

* * *

Разумеется, что посещение Бёрнсом Бухары и весь последующий ажиотаж вокруг него в Лондоне не остался без внимания российской разведки. Петербург был раздражен активностью английских разведчиков в Центральной Азии. С каждым годом их появлялось там все больше и больше, и действовали они все наглее и наглее. Не могло Петербург не волновать и намерение конкурентов наводнить среднеазиатские ханства своими товарами. Были злы и наши купцы.