Короли абордажа (Собрание сочинений)

Эгинскому наварху Фемистокл высказал свои сомнения в его преданности эллинскому делу прямо в глаза, чем вызвал грубые слова в свой адрес. Поликрит заявил, что чувствует себя оскорбленным и докажет Фемистоклу на деле, что тот был неправ. Но общая обстановка все же оставалась очень тревожной и нервной.

Фемистоклу необходимо было предпринимать что-то координальное и делать это как можно быстрее. Кроме него переломить ситуацию уже не мог никто. И Фемистокл стал действовать так, как умел это делать только он: быстро, смело и дерзко.

Чего-чего, а решимости афинскому наварху было не занимать.

Фемистокл незаметно покинул сборище споривших и ругавшихся. Вызвал к себе слугу. То был старый и образованный раб Сикинн, много лет проживший в доме Фемистокла и бывший учителем его детей. Ему-то и поручил афинский стратиг срочное и секретное задание. Под покровом ночи Сикинн незаметно отправился на лодке в опасное путешествие к персидскому флоту. Видимо, его в ту ночь хранили боги, и Сикинн добрался до персов благополучно.

Когда его представили персидским начальникам, Сикинн передал им слова Фемистокла:

– Я посланец вождя афинян. Фемистокл хочет, чтобы вы знали: он сочувствует вам и тайно желает вашей победы. Мой хозяин просил передать, что сейчас у вас появилась прекрасная возможность разгромить греков. В стане эллинов полный разброд, там нет никакого единства. Поэтому, не теряя времени, нападайте и увидите, что те, кто вам сочувствует, будут драться не против вас, а за вас!

– Чем докажешь, что ты послан именно Фемистоклом? – спросил раба Ариабигн.

В ответ тот показал фамильный перстень своего хозяина. Персы долго разглядывали перстень.

– Я верю тебе! Ты тот, за кого себя выдаешь! – сказал Ариабигн наконец.

Слова раба были подтверждены и сообщением лазутчиков. Теперь у персов сомнений не оставалось. Надо было атаковать, и чем скорее, тем лучше! С наступлением темноты Ариабигн начал последние приготовления к битве. Основные силы стали в боевые порядки, перегородив пролив от Саламина до Пирея.

В то же время часть флота, обойдя Саламин, отрезала грекам путь ко всякому отступлению. Множество персов высадилось на маленький каменистый островок Пситталия, лежащий между Саламином и материком. Они должны были спасать своих и добивать чужих из числа тех, чьи корабли погибнут и кому посчастливится добраться туда.

Всю передислокацию Ариабигн произвел столь умело и быстро, что греки ничего не успели заметить.