Мятежники крейсера «Память Азова». 1906 год

Если сегодня подготовку и осуществление бесконечного числа т. н. «цветных революций» по всему миру могут позволить себе только США, то в начале ХХ века это было по силам Англии.

В настоящее время главенствующая роль Англии в организации Первой русской революции уже доказана. С подачи Англии в 1905 году занимались налаживанием революционного процесса в России и США с Японией. Но к концу 1905 года революционная активность в России резко пошла на спад. Внутренняя ситуация в России явно стабилизировалась. Губернии успокаивались одна за другой.

От этого российское революционное сообщество пришло в полную растерянность и уныние. Все дело в том, что Англия, США и Япония, заставав императора Николая Второго подписать крайне невыгодный России Портсмутский мир, решили этим все стоявшие перед ними политические вопросы. Как следствие этого финансирование всех российских революционный партий было сразу резко сокращено, а без денег о продолжении серьезной подрывной работы было нечего и думать. «Революция, объективно, кончилась» – написал тогда известный российский марксист П. Б. Струве.

Именно поэтому ведущими российскими революционными партиями было решено предпринять последнюю отчаянную попытку раздуть искры затухающего революционного костра. При этом преследовались, как минимум, две цели. Во-первых, постараться повернуть внутреннюю ситуацию в стране вспять, а, во-вторых, продемонстрировать своим зарубежным покровителям, собственный авторитет, силу, а значит снова получить доступ к финансовой кормушке.

Участники переговоры в Портсмуте (1905) Слева направо: с русской стороны (дальняя часть стола) – Г. А. Плансон, К. Д. Набоков, С. Ю. Витте, Р. Р. Розен, И. Я. Коростовец; с японской стороны (ближняя часть стола) – Адати (нем.), Отиай, Комура, Такахира (англ.), Сато (яп.).

Рузвельт в роли посредника между Россией и Японией

При этом дровами для нового революционного костра должны были на этот раз стать вчерашние рабочие и крестьяне – матросы Балтийского флота.

В советской революционной художественной литературе неизменно присутствовал образ молодого рабочего царской России. Этот рабочий остро переживал несправедливость. На этой почве он, в конце концов, знакомился с каким-нибудь профессиональным социал-демократом (большевиком). Обаятельный большевик вначале сочувствовал переживаниям рабочего, а потом давал ему почитать «Капитал» Маркса, мол, прочитаешь и сам все поймешь. Теперь у рабочего была цель.