Завещание Петра Великого

Царю Бекович отписал, что им завершено изготовление карты Каспийского моря и разведан путь к восточному берегу каспийскому. Получив отчет, царь остался довольным.

– Очередному большому делу пусть маленький, но первый зачин сделан! – выразился, по своему обыкновению, лаконично. – На следующий год продолжим! Самого же Бековича ко мне вызвать, чтобы я ему новые задачи поставил.

Что же, касательно привезенной Бековичем первой каспийской карты, то она надолго заняла место на рабочем столе царя…

* * *

Ну а что делает оставленный нами в петербургском трактире подштурман Сашка Кожин? Оказывается, и он без дела не сидел.

Покутив с дружками в «Астерии» и посетив матушку в Весьегонском уезде (где едва избегнул женитьбы на дочке соседского помещика Пипина), отправился Кожин на утлом боте вдоль шхер финских составлять карты и лоции. Все лето наносил на кроки берега да мерил лотом глубины прибрежные. Не раз пришлось и со шведами столкнуться. Было дело и до абордажа дошло, но смогли отбиться и в море уйти. За зиму вычертил подштурман карту от Выборгского залива до города Борго. Чтобы карта была красивее, Кожин ее, для пущей важности, китами с фонтанами разрисовал. Изделие подштурманское лично оценивал сам генерал-адмирал Апраксин. Карта Апраксину понравилось, но, увидев китов, нахмурился.

– А сии чудо-юдо тут к чему?

– Для красоты, ваше сиятельство, чтобы, так сказать, путь в окианы нам указывать! – пояснил глубокий смысл своего творчества подштурман.

Апраксин придумку не оценил:

– Какие тут к черту окияны, когда нам еще море Балтическое довоевывать надо!

Хотел было Кожин сказать генерал-адмиралу, что мечтать об окиянах никогда не зазорно, но сдержался.

Апраксин меж тем, глаза щуря, карту просмотрел и свой вердикт вынес:

– Творение твое лично государю покажу, коль понравится, будем печатать для капитанов! А ты покуда иди и отдыхай от трудов праведных.

Петру карта кожинская тоже пришлась по нраву, причем, в отличие от Апраксина, понравились и киты с фонтанами.

– Ишь ты, – сказал, – кто к нам в теснины балтийские пожаловал. Что ж, придет время, и мы к левиафанам сами наведаемся.

Подштурмана же Кожина за отличную службу велел царь произвести в чин флотского поручика.

Что ж, пока у Сашки Кожина все идет неплохо. Пусть он отдохнет пока от забот навигацких, ибо скоро предстоят новоиспеченному поручику дела поистине великие.

Глава третья

В 1716 году царь Петр решил поехать за границу.