Сирень Победы (сборник)

Но случится, ресницы вздрогнут,

Скрип такой же услышит вдруг,

Может, рядышком на дороге

Кто знакомый иль даже друг?

Так и съедутся две коляски,

Два молчания, две судьбы.

В землю взгляд, словно сдвинут каски

На свои усталые лбы.

Постоят, скажут два-три слова,

И разъедутся кто куда.

И завидев их, вдовы снова

Возвратятся в свои года.

В довоенные, где по двадцать,

Где рябина в лесу горька,

Где ребята учились драться,

Чтоб до крови, наверняка.

Не успели, ушли негаданно,

Пухом русская им земля.

И калекам им были рады бы,

Как вот этим, что вдаль пылят.

Не пропавшие, с горькой метою,

Не винящие никого,

С давней песней своей не спетою

Века страшного моего.

Интервью

– Вы позволите?

– Садись…

Хлопни форточку, продует.

Ты, писатель, не сердись,

До сих пор не отойду я.

У тебя сейчас одно —

Выдать бой на перевале,

И тебе, видать, «окно»

Для моих ответов дали.

Мол, поярче опиши,

Дай динамики и света,

Чтоб величие души

Отпечатала газета.

Я тебе не стану врать,

Не ищи во мне Героя.

У меня жена и мать

Да ещё детишек двое.

И когда я там упал,

(И подумать жутковато!),

Промелькнуло: всё, пропал!

Как они там без меня-то?!

Знаю, думаешь про долг,

Но тогда, на перевале,

Думал, как приду без ног,

Что домой дойду едва ли.

В бетеэре рвал бинты,

И в бреду орал: «В атаку!»

Ну, скажи, а смог бы ты

Пережить такую драку?

Ты прости, я не в упрёк,

Я к тому, что сердце ноет:

На мучения обрёк

Мать и мальчиков с женою.

Я, конечно, не слабак,

Голова как надо варит.

Но не думал, что вот так

Жизнь возьмёт да и ударит.

Мы, конечно, поживём…

Может, слышал, город Шуя?

Не пиши ты ни о чём,

Как солдат тебя прошу я.

Ни к чему, одна возня,

Ни к чему, что в схватке где-то…

Не пиши, майор, с меня

Современного портрета.

Всё как надо, на посту,

По закону и по долгу…

Отвернулся, пустоту

Простынёй прикрыл, как ногу.

На Родину

Не спится ребятам в февральскую ночь,

Но жизнь благосклонна

И к ним, и ползущим на Родину прочь

Озябшим колоннам.

Они в напряженье идут по мосту

И траками лают,

А трассеры плотно летят в пустоту,

Но с гор не стреляют.

Патронов осталось полным-преполно,

Остались и мины…

Но в этих горах, опустевших давно,

Застыли машины.

И зябко, и душно в седом феврале.