Доктор Постников. Лекарь Аптекарского приказа

Глава седьмая. Алхимист Шилов

Кирилл, немного помолчал, как бы что-то вспоминая, затем сказал:

– Я точно не знаю, но слышал, что была такая история, которая произошла с Василием Шиловым, нашим алхимистом. Несколько лет назад, еще до того как мы начали здесь учиться, – начал рассказывать Кирилл, – Васька Шилов, крепкий, сажень в плечах, способный мужик, тогда был на огородах садовником, а ночью работал сторожем. В то время аптекарским огородом заправлял один немчин аптекарь из Саксонии, Кристиан Грабов.

Для выполнения всяких огородных работ – выкорчевывание, сбор навоза, перекопка земли, строительство ограждения и всяких других садовых дел – Аптекарский приказ для найма рабочих немчину-аптекарю выплачивал деньги. Однажды аптекарь из разговора с Василием Шиловым узнал, что тот мечтает выучиться на алхимиста, тогда он возьми да и предложи Шилову поступить к нему учеником. Такую возможность, конечно, Василий упустить не мог и сразу согласился. Грабов, не откладывая дела в долгий ящик, попросил дьяка Андрея Андреевича Виниуса, чтобы садовника Ваську Шилова назначили к нему в ученики. За это по уговору Шилов должен был всю работу по огороду выполнять сам и безденежно. А все деньги, полученные из приказа, аптекарь Грабов присваивал себе. Шилов был способный ученик, и уже через два года аптекарь стал разрешать ему, помимо посадки различных растений, выполнять перегонку спиртов под его контролем, а когда убедился, что Шилов успешно справляется и честно трудится, разрешил уже самостоятельно проводить дистилляцию всех спиртов и водок. И вот однажды выдался как-то Шилову свободный от работы день, и он решил не оставаться на огородах, на которых он жил безвылазно, а провести его среди народа, где-нибудь поближе к Кремлю. Гуляя по торгу на Красной площади, забрел Василий в царский кабак или, как его принято было называть, на кружечный двор. Кабак назывался «Под пушкой» и считался самым разгульным питейным домом. А располагался он недалеко от лобного места, сразу за «Разрывным» рядом на торгу. Но не ради питья Василий туда зашел, а, как он сам говорил, для разговору, чтобы с кем-нибудь маненько побалагурить. Случайно к нему подсели два иноземных купца, которые распродали весь товар и вскорости собирались уезжать в свои земли. Поздоровались, да и разговорились. Разговор зашел о питейном зелье. Купцы пили иноземную романею да нахваливали ее. Василий тоже пил ее, но морщился.