Доктор Постников. Лекарь Аптекарского приказа

– Тебе известно, – продолжал спрашивать ректор, – что по твоей вине лечебные палаты Рязанского подворья за время, пока тебя не было, превратились в отхожее место и рассадник заразы?

Стрелец хмыкнул, покачал головой, а потом простодушно ответил:

– Чудно говоришь, учитель. Откуда же мне это может быть известно, если я там неделю не был. – И он оглянулся на товарищей, ожидая с их стороны сочуствия. Те в свою очередь ободряюще подмигивали ему и выражали солидарность гримасами, но активной поддержки не проявили.

– А кто же эти палаты превратил в отхожее место? – спросил стрелец, как показалось доктору Блюментросту, с издевкой, хотя и с видом непорочного агнца. И в его голосе прозвучало искреннее, неподдельное любопытство, как будто речь шла о фокусе с цветными лентами, которые по мере представления меняли свой цвет, а не о здоровье людей. Этот невинно-издевательский вопрос возмутил ректора, и он зло спросил:

– Почему ты отсутствовал на дежурстве в лечебных палатах всю неделю?! – И его взгляд приобрел ледяной оттенок.

– Бате свому помогал, – резко ответил стрелец. – Он из Севска обоз гнал, так я этот обоз и охранял, лихих людей-то, сам знаешь, учитель, сколько на дороге. – Он сказал это без тени смущения, как будто охрана обоза была его главной и прямой обязанностью.

– А скажи мне, сын стрелецкий, – с расстановкой, смотря в упор на Данилу, спросил доктор Блюментрост, – когда год назад тебя по государеву указу определяли в обучение лекарскому делу ты, присягая на чиновней книге, что в Архангельском соборе в Кремле, в присутствии протопопа Федора с братией, клятву давал не пить, не бражничать, с воровскими людьми не знаться и у царского дела, – на этом слове доктор Блюментрост сделал акцент, – быть беспрестанно на месте и без государева указа службу не оставлять? А как поступил ты?

– Я не нарушал государева указа! – почти агрессивно выпалил казачок.

 – Я справно учил ботанику и хирургию. Был в полках при защите Чигирина, лечил раненых, вынимал пули из тела, ставил на раны примочки. Я знаю, как делать отвар. А говно убирать каждый день за больными и дворы мести я не буду. Это дело холопье! А я не холоп, я сын стрелецкий. – Данила выпалил это одним махом, смолк и насупился, ожидая, что последует дальше.

Доктор Блюментрост сочувственно посмотрел на казачка, и его взгляд неожиданно смягчился.