На изломе

Чо хочет, то и творит…

– М…

Прикрепленный к нему подполковник Басков – больше вопросов не задавал…

…

Тренировочный комплекс «Динамо» был стандартным – серый кирпич, обычный набор залов. Чтобы попасть в тир, надо было найти неприметную дверь сбоку.

– Старший тут кто?

– Сейчас найдем…

Басков пошел искать, а Фазлиев огляделся. Тир как тир, все до боли знакомое – стрелковые места, плакаты на стенах…

Тогда почему у него ощущение, что он находится в чужой стране?

Первый раз такое ощущение у него было, когда его на полгода прикомандировали к группе Гдляна-Иванова, работавшей в Узбекистане.

Это было еще до того, как под суд попали сами Гдлян и Иванов за выявленные в ходе следствия злоупотребления. Он помнил Ташкент – непривычные дома, не похожей на нашу архитектуры, непривычные базары, постоянно переходящие на узбекский в разговоре люди. И везде – незаданный вопрос: зачем ты к нам приехал, чужак, когда уберешься восвояси? Как будто он приехал не наводить порядок, не помогать им…

– Вот… прошу любить и жаловать.

Полковник Сизокрыл.

Сизокрыл был аккуратным таким дедушкой, но Фазлиев, за счет своих занятий каратэ научившийся чувствовать людей, понял что с ним ухо держать надо востро. Дедушка был из тех, что любому молодому фору дадут… как бы и не из НКВД…

– В отставке, – уточнил он, вытирая руки ветошью

– Пистолет, из которого застрелился Сергей Павлович Щекун, находится в вашем распоряжении?

– Так и не упомнить…

– Давайте, проверим.

– Давайте, молодые люди.

У меня все… записано.

Они прошли в каморку, где старик ловко нагнувшись, достал журналы, перебрал, нашел нужный.

– Ага… пистолет Макарова, ЛО 4243. Ваш?

Фазлиев вспомнил цифры – совпадало.

– Да.

– Так… ага, вот. Признан непригодным к дальнейшей эксплуатации, списан и передан на уничтожение.

Дедушка – смотрел с какой-то хитринкой, что взбесило Дамира. Но он был воспитан в восточной традиции и уважение к старшим не позволило ему ничего сказать.

– Что было с пистолетом?

– Износ рамки.

По инструкции – ремонту не подлежит.

– Как же она могла так износиться?

– Ну, как. Заводской брак… наверное.

– Справку выпишите, – только и сказал Фазлиев.

– Ага. Это мы зараз…

Фазлиев повернулся и вышел из тренерской биндейки.

– Подожди, капитан. Послушай, капитан… – сказал Басков – ты извини, что я к тебе так обращаюсь, но ты сам напросился. Я не знаю, что ты тут пытаешься найти – но лучше бы тебе не копать здесь.