Журавли над полем

В общем, это я тебе для общего кругозора статью подкинул, чтобы взял на заметку. Ты мужик умный, надеюсь, все понимаешь правильно.

Василий Степанович по-доброму относился к Ермакову, верил ему, всецело разделял его позицию относительно таких лжесортов.

По просьбе же Ермакова он стал руководить курсами аппробаторов в Иркутском сельскохозяйственном институте. Здесь он безвозмездно, на общественных началах прививал любовь к селекционной работе молодым студентам, и такая работа ему была по душе, хотя и отнимала много личного времени, отрывая от основного дела и от семьи.

Здесь-то судьба свела его с молодым агрономом Александром Соловьевым, который был одного с ним года рождения и отличался от других студентов неподдельным интересом к селекции растений, особым старанием в учебе, и с которым в дальнейшем ему еще предстояло встретиться.

Исследовав в лаборатории качество зерна, которое привез Быков, Маркин остался доволен его характеристиками и решил скрестить сорт с Ударницей.

После двух лет гибридизации получился раннеспелый сорт, с крупными зернами, устойчивый к полеганию и пыльной головне.

Василий понимал, что новая линия фактически уже готова, чтобы называться сортом, и может быть передана на сортоиспытания, однако оставались сомнения: возможно что-то не досмотрел, не додумал, не доработал, и Маркин решил не спешить с выводами, тем более что время еще было, до посевной оставалось несколько месяцев.

Мысли об этом сорте не оставляли его. Острое желание посоветоваться с кем-то сторонним от селекционной работы, но опытным в жизни человеком, он поехал к своему старшему приятелю пасечнику Зиновьеву, завернув для начала в магазин за бутылкой водки и пряниками, которые любил старик.

Ты, парень, все норовишь побаловать меня, старика. – глядя на пряники, повеселен Тимофей Захарович. – А ежели я откажусь от твоих гостинцев?

Вы ж один живете, кто ж о вас позаботится? – вопросом на вопрос ответил Маркин.

Пройдя к столу, поставил и бутылку.

И с чем седни пожаловал, ты вить за просто так ко мне не ездишь?

Это вы уже напрасно, Тимофей Захарыч, я бываю у вас всякий раз, когда просит душа. А сегодня действительно хочу посоветоваться.

Маркин высыпал на стол из мешочка зерна пшеницы.

– Смотрите, какие мы семена нынче получили. Все как на подбор – крупные, породистые. Что вы об этом думаете?

Старик надел очки, долго перебирал зерна и согласился, что семена добрые, таких он еще не видывал.