Побеги древа Византийского. Книга вторая. На перекрёстках двадцатого века

– Стало быть, теперь у тебя появится возможность воплотить в жизнь предложение, которое ты озвучил на совещании комсостава ещё два года назад. Помнишь, оно касалось преобразования ядра кавалерии в автобронетанковые подразделения?

– Эх, жаль, что тогда из-за противодействия Ворошилова и Будённого этот план так и не был принят! Ведь ясно как божий день: будущее за машинами, за танками, а не за лошадью!

– Ясно-то ясно, но кавалеристу, который на лошади сделал себе карьеру, который о кавалерии знает всё, а о машинах ничего, не хочется расставаться с насиженным спокойным местом.

– Смело говоришь, Михаил! Сейчас такой период, что борьба за власть продолжается, только не между противниками, а среди своих. Я бы выразился точнее – между бывшими своими.

– И ты смело говоришь, Григорий! Что ж, желаю удачи на новом посту! – Комнин встал и протянул руку.

– И тебе успехов! – ответил, пожимая протянутую ладонь, Котовский.

Не ведал Михаил, что видит знаменитого командира в последний раз.

– Разрешите, Михаил Константинович?

В дверях показался Соломон, из-за его спины выглядывала девушка.

– Заходите, ребята!

– Вот, познакомьтесь, это моя невеста.

– Фаня, – поклонилась она.

– А я Михаил.

– Знаю. Много о вас слышала.

– Конечно, есть от кого! – пошутил Михаил, внимательно разглядывая избранницу Соломона.

Девушка была необыкновенно хороша, но не той чисто славянской красотой, а с примесью восточной резкости, чернявости и большеглазости.

Открытое, с правильными чертами лицо, прямой нос и пронзительный взгляд чёрных глаз сразу выделяли её из многих ровесниц и вызывали к ней неподдельный интерес.

«Не зря Соломон так долго тянул с выбором», – подумалось Михаилу.

– Вот… мы хотели… поговорить, – начал, запинаясь, Соломон.

– Да-да, – перебил его Комнин, – разрешите, я задам несколько вопросов? Фаня, если вопреки воле родственников вы выйдете замуж за Соломона, чем вам это грозит?

– Видите ли, Михаил Константинович, я родилась и выросла в довольно замкнутой еврейской общине, где соблюдение традиций – главный признак благочестия.

Так что я могу лишиться благословения на брак, который традиционно дают родители или старшие в семье, и, как следствие, самого приданого.

– Понимаю. Сейчас, хоть и настали иные времена и человек свободен в своём выборе, вы девушка, для которой очень важно иметь надёжную опору, тыл за спиной.